Привычные антидоты не действовали, приходилось изощряться, смешивать редкие реагенты, вываривать концентраты в котлах по двое суток. И да, они кое-как вытравили заразу. Но победа оказалась пирровой: вслед за этим по всей Цитадели один за другим рванули сливные трубы, и часть помещений оказалась залита зловонным потоком. Стража носилась с вёдрами, стены насквозь пропитались смрадом, но Тень лишь холодно хмыкнул. Плевать. Дерьмо можно убрать. Главное — выдержать осаду.
Он уже распорядился: выпустить новую тварь на охоту за Филиновым.
Лорд Тень покинул свой изолированный кабинет с идеальной шумоизоляцией, где не проходил ни один звук. И именно в этот момент где-то за пределами Цитадели донёсся рёв. Звук был настолько мощным и протяжным, что отозвался в каждой кости. Лорд Тень рывком метнулся к окну.
Крепостная стена была проломлена. А издали, со стороны далёких владений Мадам Паутины, за грядой мрачных скал донёсся гулкий рёв — протяжный, дикий, нечеловеческий. Так кричала только та самая тварь, подаренная ему.
Лорд Тень сжал связь-артефакт до хруста и выкрикнул:
— Капитана сюда!
Явившийся капитан гвардии побледнел, склонил голову и торопливо произнёс:
— Милород, простите!
— Что случилось⁈ — рявкнул Тень, шагнув вперёд.
— Мы дали твари понюхать добытый носовой платок короля Данилы, — пролепетал капитан. — Но она сорвалась раньше времени. Мы не успели перебросить её в Рю-но-Сиро, Замок Дракона, где, согласно последним разведданным, находился Филинов. Тварь вырвалась из цепей, пронеслась сквозь стены и умчалась прочь. Вы ведь находились в изолированном кабинете и не могли слышать…
Пухлое лицо Лорда Тени побледнело.
— Но почему тварь ломанулась к Мадам Паутине⁈ Тварь ведь должна охотиться за Филиновым!
— Боюсь предположить, что цель сейчас находится в цитадели Мадам.
— Филинов у Мадам Паутины⁈ Что он там делает⁈ — вылупил глаза Лорд Тень, и подозрение предательства резануло сердце. — Нет, она не могла! Не могла же меня предать⁈"
"— Конечно, не могла, — закивал капитан, который всерьёз забеспокоился за свою жизнь. Лорд в отчаянии мог грохнуть его одним взмахом руки.