- Полкан! Прекрати говорить загадками!
- С момента получения информации о гибели станции на Лумпаре, было три попытки проникновения. Пришлось показать им полную картину, то есть отсутствие в ангаре корабля и курсантов. Принято решение - автоматические двери до нашего возвращения не вскрывать.
- Что значит «показать полную картину»? – пришла в ужас я, - они что, увидели ваш парадно-выходной тюнинг?
Голова закружилась, к горлу подкатился ком, и если бы в этот момент я не сидела, то грохнулась на пол.
- Ёу, папа, - приветствует легара Тузик.
- Какие мальчишки! - хлопает иллюминаторами с накладными ресницами Принцесса, размахивая наманикюренным щупом…
Брр… Я встряхнула головой, отгоняя от себя мрачные мысли.
- Не переживай так, командир, - забулькал Полкан, - мы знаем, что такое субординация.
Промолчала. Уж в чем, в чем, а в их «субординации» я убедилась воочию.
- Что у нас еще плохого?
- Учащенное сердцебиение, повышенное артериальное давление и нестабильное эмоциональное состояние некоторых старших офицеров, - доложил Полкан.
Ну, вот и все. Я сразу поняла кто, те офицеры с нестабильным состоянием. Вместо страшных корабельных масок перед глазами поплыли картины конца света: огромные цунами, смывающие города, вулканы, взрывающиеся планеты… Стало страшно. Очень.
- Долго сидеть будете? – поинтересовался Полкан.
- А что уже? – попытался подскочить Стас, но ремни корабельного кресла не дали ему такой возможности.
- Первой выходит командир, тем более там ее уже встречают… - и эта апаньярская зараза опять забулькала.
Вздох-выдох… Поднялась на ватных ногах. Каждый шаг давался с неимоверным усилием. Вот он выход, импровизированный трапп из нескольких ступеней и родной ангар Академии. Делаю очередной шаг и… Вдруг оказываюсь в чьих-то крепких объятьях.
- Живая? - слышится до боли знакомый голос, - руки, ноги целы? Ушибы или царапины есть? Посмотри на меня!
Все происходит как во сне.