Мы с Власом встретились взглядами, но уточняющий вопрос про странные слова зеркальца так и не сорвался с моих губ. В первую секунду мне почудилось что-то в его темно-карих, почти черных, глазах…
Что-то, чего не должно было там быть… Но, разумеется, это был всего лишь обман зрения. Показалось.
Ректор смотрел на меня, как и подобает ректору – строго и отстраненно.
– Феврония Астахова.
– Да? – с видом абсолютной невинности переспросила я, усаживаясь на стульчик перед ним.
В кабинете директрисы Президентского Лицея такое обычно прокатывало.
– К чему была эта выходка на паре профессора Донатимо? Я понимаю, что ты только что попала в наш мир, и тебе все здесь в диковинку. Но, мне казалось, по поводу фамильяров тебе объяснили и достаточно доходчиво. Нельзя трогать чужого зверя.
– Упаси меня господь его трогать, Пушка этого! – скривилась я при воспоминании о членистоногом.
– Ты воздействовала на него магией, – ректор возвысил голос. – Это то же самое и даже сильнее. Причем, фамильяра не чьего-нибудь, а студентки чужой академии, которая находится у нас в гостях.
Я открыла было рот, чтобы рассказать о прекрасном поведении не только Амаранты, но и ее дружков по команде, но почти тут же его и закрыла.
Точно! А ведь это просто гениально – и как я сразу не додумалась?
Нужно сделать так, чтобы Влас сам меня исключил и тогда я смогу вернуться обратно в свой мир!
– Дело в том, что я просто на дух не переношу пауков, – доверительно сообщила я. – Вот просто не перевариваю.
Последнее предложение я выпалила, как на духу, и чистыми честными глазами уставилась на ректора.
Но он почему-то не оценил моего монолога. Словно не мог выдержать моего взгляда, Влас поднялся и подошел к окну, повернувшись ко мне спиной. Очень вежливо!
– Ни о каком исключении не может быть и речи. Это сопряжено с рисками, как я уже говорил, – подчеркнуто спокойно сказал ректор. – На первый раз обойдемся устным предупреждением. Но если подобное повторится, будь готова понести наказание. Осваивайся, привыкай – на время обучения твой дом здесь.