– Извините, что врываюсь к вам так неожиданно, но наш баркас потерпел крушение, и один дворянин сейчас в горячке лежит у берега, не могли бы вы помочь ему? Очень нужна медицинская помощь.
– Да-да, конечно, – быстро ответил Пшеновский и, развернувшись, громко стал отдавать приказы на польском.
Через десять минут кавалькада всадников в сопровождении двух телег со слугами неслась на полном скаку к лесу.
Еще через полчаса Александра осматривал доктор, оказавшийся среди гостей.
– Нужен немедленный покой и уход.
Стоящий в стороне профессор с интересом осматривал местных представителей польского дворянства, в которых только что чуть не начал стрелять, благо Андрей успел криком предупредить, что идут свои.
После быстрого осмотра слуги положили больного на импровизированные носилки и понесли к телегам, которые остались на дороге. Алевтина и доктор шли рядом с носилками и следили за состоянием Александра.
Андрей с профессором двигались следом, неся рюкзаки с парашютами, кроме одного, который служил постелью больному.
– Узнали? – одними губами спросил профессор.
– Да, у слуг спросил. Российская империя. Царство Польское. Тысяча восемьсот пятьдесят первый год. Сегодня двадцать второе июня. Мы где-то в окрестностях Варшавы.
– Забавно, а я ведь это время хорошо знаю, защиту делал по истории как раз про эти года, – пробормотал Карл Фридрихович, продолжая с каким-то энтомологическим интересом рассматривать одежду местных жителей.
Погрузив Александра на телегу, кавалькада всадников медленно поехала к усадьбе, на ходу обсуждая как незнакомцев, а особенно их одинаковую одежду, которую приняли за охотничью, так и их слегка непонятный говор, пытаясь разобраться, с какого они уезда.
– Будем надеяться, что с Александром все будет в порядке, – сам себе сказал лейтенант, заметив, что показалась усадьба.
Белоруссия. Кабинет президента Лукашенко. 23 июня. 8 часов утра
В кабинет ворвался секретарь президента со срочным докладом.
– Что? – тревожно спросил Александр Григорьевич, привставая с кресла. Секретарь еще никогда не был так обеспокоен, как сейчас, и сердце президента сжалось в тревоге."
"– Портал… Портал закрылся! – выдохнул в два приема секретарь.
– Как!!! – прорычал Лукашенко, ударив кулаком по столу.