Видишь, в чем проблема, все эти убежища разбросаны по большим территориям, мы просто не в состоянии обеспечить всех топливом и продовольствием, – грустно сказал Серега. – Ближние части еще поддержим, а вот остальные… И не забывай про банды. Уж они постараются поживиться на конвоях."
"– Это-то как раз не проблема, мне ее решение генерал Василевский подсказал. В каждой танковой или мотострелковой части не ниже дивизии есть усиленная вертолётная эскадрилья. Две трети из них транспортники да плюс звено боевых, а вот шесть единиц – это специальные вертолеты для перевозки топлива, чтобы обеспечивать части, которые или в окружении, или, наоборот, прорвали оборону и действуют в тылах противника.
– Нет авиационного керосина? – догадался Гоголев. Его лицо заметно повеселело и не выглядело таким мрачным.
– В точку. Дроздов уже отправил на наш аэродром подскока сообщение. Скоро должны подвезти все авиационное топливо, что там сохранилось. Если оно подойдет, то заправляем вертолёты и отправляем их на нашу базу, вот они-то и будут обеспечивать топливом части и вывозить детей. Как тебе такая идея?
– Идея шикарная, но нужно срочно послать сообщение нашим снабженцам у портала, чтобы было обеспечено достаточное количество керосина, что с тем лимитом будет ой как непросто! Все ведь идет в летные школы да на фронт.
– Тут у нас свой фронт. Так что выбьем, будь уверен.
– Да знаю, – махнул Серега рукой. – Ладно, решим, дальше уже не твоя забота, хотя за идею спасибо. Кстати, ты не знаешь, почему военные так хорошо подготовились к этой ядерной войне?
– Узнавал. Они то ли предчувствовали, то ли еще что, но у каждой части были подземные убежища, причем не только для людей, но и частично для техники, естественно, не для всей. У них для вертолётов, представляешь, даже лифт есть, чтобы поднимать из убежища.
– А из-за чего война началась?
– Да они и сами точно не знают. Пришел приказ из военного министерства с красным кодом. По нему дивизия ушла под землю, прихватив жителей трех деревень и шести хуторов – места тут не очень заселенные – вот через три дня земля и затряслась.