Хочется чувствовать себя таковой, ловить его восхищённый взгляд и млеть от таких слов, как он сказал мне вчера.
Но тех, что про красивое тело. О других словах пока думать не буду, а то бельё придется поменять, а щёки чем-то срочно остужать.
Выхожу и иду к той части комнаты, где встроена крохотная кухонька и откуда так дразнящие пахнет кофе. Демид как раз разговаривает по телефону. Он стоит спиной, а я иду к нему с улыбкой.
Влюблённой. И глупой.
Дура.
Потому что когда подхожу ближе, слышу обрывок разговора, от которого хочется закрыть рот обеими ладонями, чтобы не закричать от боли и разочарования.
— … нейтрализована. Да, это точно. Жена Дембицкого уже вне игры.
— Она не опасна. И интереса для нас больше не представляет, — молчит пару секунд, пока моё сердце стягивает льдом и трескается. — Да, всё сделал согласно приказу. «Согласно приказу…»
В голове бьёт набат, виски сдавливает, вынуждая ухватиться за голову.
Я отступаю назад за деревянную колонну, пытаясь сдержать рвущийся всхлип.
А ведь мне говорили, что новый следак по делу Глеба — профи. Таких, как он, не просто так не светят до поры до времени, до нужного случая. Слишком уж крутая у него карьера как для двадцати девяти лет.
Потому что целеустремленный. По головам идущий и через трупы. Через мой, например.
Но, наверное, таким и должен быть сотрудник Федеральной службы безопасности. Отдающий себя без остатка и беспристрастный.
Поднявшись на цыпочки, я беру свой плащ и туфли, в сумке ещё перед душем нашла телефон, карту и немного налички. Лара как всегда многое может предусмотреть.
Демид что-то ставит в микроволновку, включает негромко радио, что мне на руку. На столике в гостиной лежат ключи от машины и пистолет. Последний я ни за что не решусь взять, а насчёт ключей задумываюсь. Если уйду тихо, догонит, если успею открыть машину и уехать, отзвонится своим и меня быстро перехватят.
Снова выглядываю из гостиной в кухонную зону за углом. Бахурин оставил на подносе две чашки кофе и две тарелки с, кажется, омлетом, а сам вышел на террасу, выходящую на задний дворик.
Сердце сжимается, когда смотрю на завтрак, приготовленный для двоих. Если бы только всё это было взаправду.