Месяц назад им заинтересовались в органах, когда тендер на торгах выиграл не Добролюбов, как два предыдущих года, а фирма Глеба. В сфере крупных перевозок он давно, но в северном направлении стал развиваться относительно недавно. Глеб поторопился, и я ему об этом говорила, но он не прислушался. Перешёл Добролюбову дорогу, и вот результат.
Но мы быстро всё утрясли. Хороший адвокат, работающий с нашей семьёй уже много лет, разумно и тонко повёл дело. Доказательств того, что фирма Глеба скрывает большую часть доходов от налоговой, не обнаружилось.
— И что за новый следак? — спрашивает подруга. — Он совсем бессмертный, что ли?
— Не знаю. У меня с ним встреча через час. Адвокат подъедет сразу к Управлению.
— Я прям не завидую этому следаку, — понимаю, что подруга хочет поднять мне настроение.
Невесело усмехаюсь в ответ и расстёгиваю платье. Надо переодеться. Неплохо было бы перекусить, но аппетита снова нет. Мой врач бы уже прочёл мне нотацию по этому поводу, но его здесь нет, так что…
— Нет, ну а что? — не унимается Лариса. — Будь хоть какой он деловой, это он ещё с Дембицкой не тягался.
Достаю из гардеробной деловой серый костюм, но потом, подумав, вешаю его обратно.
Поправляю макияж и причёску, делаю несколько дыхательных упражнений, чтобы успокоиться и настроиться, беру жакет, туфли, и мы с Ларой спускаемся вниз. Водитель уже ждёт.
По пути в Управление полиции высаживаем Артёмову возле её офиса.
— Злата Владимировна, готовы?
— Не знаю, к чему конкретно, но да. Давайте выясним, что тут за товарищ решил рискнуть карьерой.
Дежурный пристав проверяет наши документы и пропускает внутрь, объясняет адвокату, куда нам нужно пройти, пока я отвечаю эсэмэской матери. Снова звонила. Но я вроде бы понятно сказала, что занята, зачем по сто раз набирать?"
"Мы поднимаемся на второй этаж, проходим к кабинету двести восемь.