Как будто он только что облапал мои губы своими грязными руками, замаранными в крови своих несчастных жертв. Так и есть. Я забыла. Забыла, какой он зверь жестокий! Что он сделал со своим охранником там, в Италии на моих глазах! А сейчас вот вспомнила. Но у меня нет другого варианта. Надо продолжать играть, как бы мерзко и страшно мне не было. Я ведь не переживу, если моя сестра… если она больше никогда не откроет глаза.
Я поднимаюсь с пола, сжимаю кулаки. Мнусь на месте. Мне хочется убежать, хочется забиться под кроватью и выть от боли побитой собакой, потому что я не знаю, что мне делать.
Любимого избивают, и угрожают убить. Катюшка… её сбила машина и она в коме. Я беременна. От бандита! И если он узнает правду, я разделю их участь. На меня со всех сторон давят бетонной плитой. Я не хочу убивать малыша. Что же делать? Может быть, попытаться… просто попытаться сказать ему правду? Вдруг всё не настолько плохо, как мне кажется?"
"– Что с тобой? Тебе плохо? – его гортанный, властный рык приводит меня в чувства.
Я больше не могу тянуть. Надо. Надо признаться. Он как будто чувствует. Как будто смотрит сквозь меня, читает мои мысли, как будто он и правда всемогущий дьявол. Он вынуждает меня крепко зажмуриться. Так я на миг расслабляюсь. Потому что боюсь. Боюсь увидеть его гнев.
– Что ты мнешься, детка? – голос наполняется ядом и недовольством. – О чём-то умалчиваешь? По глазам же вижу, будто ты что-то от меня скрываешь?
Я распахиваю глаза и… срывающимся голосом шепчу:
– Я беременна.
– Что? – мафиози фыркает. – Что ты там мямлишь, Клубника?
– Я говорю, я беременна. От тебя, Леон! И я не знаю как так вышло!
– Блять! – он резко вскакивает на ноги, а я шарахаюсь назад. – Ты серьёзно? Ты что мне за пургу порешь?! Мы же договаривались! Ты пьешь таблетки!
– Я-я-я… я п-пила! – всё, паника меня разрывает. – Правда пила! Я не знаю, как так вышло! Врач сказала, что… такое тоже бывает.
– А может потому, что ты всего лишь меркантильная шлюха?! Наглая, подлая блядь?
Прыжок вперёд, Леон замахивается, похрустывая свои крепким кулаком в воздухе, а я взвизгиваю, закрываю лицо руками, ожидая удара. Секунда. Две. Три. Он дышит рвано, весь трясётся, он теряет контроль. Я вывела его. Я дала зверю почуять кровь. Пощады не будет.