Быть может, вся эта история с Жанеттой предоставила ей шанс, который она поджидала, с тех пор как присоединилась к нам… Я наслышана о случаях в других духовных общинах, когда руководители подвергались угрозам и шантажу; так почему это не может случиться с нами? Она ведь прекрасно знает, что здесь крутятся кое-какие деньги.
– Тебе не кажется, что она чересчур наивна для подобных подозрений? Я не воспринимаю ее как потенциальную опасность.
– Боюсь, что Ширли будет угрожать нам при любой возможности, – настаивала Пирьо.
Он кивнул.
– Когда примерно ожидать ее обращения?
– Примерно через два месяца. Она работала с нами в течение всего последнего курса, а потом ей продлили пребывание. Разве ты не помнишь ее заявление? Ты же сам дал ей «добро».
– Давай немного подождем, а? Она сама скоро поймет, что с ремнем произошло какое-то недоразумение.
Пирьо кивнула. Таков уж был Ату. Пребывая в своей возвышенной вселенной, он в безграничной наивности старался видеть во всех людях только хорошее. Но Пирьо имела свои мысли на этот счет, тем более что два месяца представляли собой слишком долгий срок, раз уж всплыли на поверхность кое-какие щекотливые вопросы.
Она тяжко вздохнула.
– Если Ширли продолжит оказывать на нас давление, думаю, придется завершить период ее пребывания у нас досрочно.
– На каком основании, Пирьо?
– На том основании, что она нарушает душевный покой слушателей.
– Естественно, я прислушиваюсь к твоим словам. – Ату прикрыл глаза и прижался щекой к ее животу.
Так ей был дан сигнал, что он передает право принятия решения ей.
Это предоставило Пирьо относительную свободу действий.