Какая бессмыслица… Неужели он и вправду раньше предполагал, что сможет уйти от себя и предать забвению все, что сформировало его таким, какой он есть?
Но разве у остальных людей не так же? Время, в которое им довелось жить, так настойчиво предлагает всем отведать коктейля из самоотречения и самовосхваления… И если кому-то не по душе то положение, в котором он пребывает, всегда сохраняется возможность убежать от себя. Убежать от отношений, от семейной жизни, от родины, от прежних ценностей, от моды, которая еще вчера так очаровывала тебя… Проблема заключается лишь в том, что, оказавшись в новых условиях, ты не находишь ничего из того, к чему были устремлены глубинные поиски, ибо завтра тебе вновь все покажется безразличным.
"«Какой же ты идиот, Карл, просто слов нет», – думал Мёрк, втягивая носом запах гниющих водорослей и морской соли; мысли продолжали роиться в голове.
Почему он такой? Почему он не способен на серьезные отношения с кем бы то ни было? К примеру, вот Лисбет, встретившаяся ему после разрыва с Моной, – разве не проявила она к нему нежность и понимание? Вообще говоря, прекрасная женщина, верно? А он сам разве ответил ей тем же? Говоря начистоту, он просто-напросто предал ее и повернулся к ней спиной ровно в ту секунду, когда они повстречались. И Лисбет вполне могла бы вывести его на чистую воду и справедливо упрекнуть его в этом, но она промолчала.
А что теперь? Таких, как Лисбет, потом встречалось еще несколько. Но было ли в его жизни место для нормальных отношений? Существовал ли во всем мире человек, который захотел бы быть с ним рядом?
«По крайней мере, у меня есть Мортен и Харди, разве нет? – успокоил он сам себя. – А Йеспер? Возможно, еще Ассад и даже вон та девушка, что стоит на камне…» Но останутся ли они с ним и завтра? Достоин ли он того, чтобы люди тратили на него свое время?
Бросив взгляд на рокочущие волны, Карл наконец решился.
Телефон Моны еще хранился в записной книжке. Вот уже три года прошли без нее, но она по-прежнему была доступна мгновенным нажатием кнопки.
На секунду палец нерешительно замер над экраном, но все-таки опустился на кнопку вызова.
Не прошло и десяти секунд, как ее голос произнес его имя.