— Тогда бы ты так не ухмылялась, дрянь."
"— И отрезать руки, — соглашается Белка спокойно. — Я пришла заключить договор. Ярослав мой гарант, как и ваш. Я проявила вежливость и уважение, придя сюда. Назвала имя, выказывая полное доверие. Поэтому прошу и к себе уважения, госпожа Морозова.
— Мам, — добавил своё слово и я.
Морозова задумалась.
— Альберт Галлер, говоришь, — произнесла грозно. — Вот гадёныш, есть у меня на него управа. Что ж. Ярослав, спрос будет с тебя, если это очередное враньё.
— Хорошо, мам.
— Забирай её с глаз, больше не держу.
Выклянчил у Морозовой под брань мантию, чтоб девушку накрыть. Не пойдёт же она в таком виде через всю Академию. Собрался уже домой везти, а она в Барахолку потянула.
— Мне нужны кое–какие магические вещи, а то меня доставили сюда с голой задницей, — настояла Белка и попросила нагло. — Монет дай.
— Сколько нужно?
— Пятнадцать золотых, а лучше двадцать.
— А личико не треснет?
— Я под твоей опекой, — напомнила. — Опекай, братец. Тридцать монет.
Лапку протянула, посмотрела обворожительно.
С собой всего десять золотых и мелочь, накинул камнями. Белка закатила глаза и вперёд меня побежала к Иванычу. Который её очень радушно встретил, будто она всё ещё ученица Академии. И словно, они давние друзья.
Пока я стоял у его стола, как дурак, они вместе гоняли по стеллажам, выбирая не только мелкое барахло, но и одежду с экипировкой. Если девушки одеваются в магазинах и на рынках, то Белка в лавке артефактов. Кожаные штаны, жилетка, шпага⁈.. Можно спокойно кортежи обносить.
— С вас девяносто три золотых и тридцать серебряных рубля, господин Морозов, — предъявил мне по итогу довольный Иваныч и, увидев мою мину, добавил: — я могу записать на счёт.
Договорились, что расплачусь каменьями, которые сегодня же довезёт мой человек. Посадил девушку в своё седло впереди, обнял за талию, чтоб не убежала, и помчали на мощном Ваське с ветерком.
— Какой отличный конь, — сразу заметила Белка. — А не подаришь в знак братской любви?
— Да вот шиш с маслом! Тебе палец в рот дай, руку откусишь.
— Подожди, у тебя был день рождения? — Встрепенулась.
— Да, неделю назад.
— Сколько тебе исполнилось?
— Восемнадцать.
— Так ты ещё такой юный, срам–то какой! — Выпалила и рассмеялась.
— Да иди ты, — возмутился.
— Право удивил. Я думала, тебе лет тридцать пять, омолодился от Зерна и скрываешься под маской наивного юноши.
— Прям как ты? — Подковырнул.
— Что–то в этом роде, — ответила ехидно.