Только и успеваем с подружкой падать на землю и переползать. Периодически поднимаю корни перед собой, которые ловят целые залпы. Враг вроде как организовал оборону. Но численность стремительно сокращается.
Руяна держится в стороне, как ей и приказано. Она контролирует противника, чувствуя его с помощью живности. А мы с Гайей, побывавшие в ратном месиве, идём вперёд по трупам. С помощью корней в почве осязаю любого бойца, засевшего рядом. И не щёлкаю хлебалом. Даже летящие в меня стрелы, уходят с траектории под воздействием моего сосредоточенного взгляда убийцы.
Когда враг мелкими группами начинает улепётывать обратно в город под горочку, нас это не останавливает. Даю сигнал Руяне, которая подкопила сил, и три десятка уцелевших всадников, сыплются с взбесившихся лошадей. Часть удаётся прикончить ещё в лесу, последних настигаем на границе города.
Дорезав последних, обращаю внимание на собравшуюся толпу наёмников, которые встав с недоумением на выезде, какое–то время уже наблюдали, как я с подругой расправляюсь с иностранцами у кромки леса.
Около пятидесяти рыл, в глазах которых ужас и непонимание, встали, как вкопанные, с опущенным оружием. Некоторые заблаговременно удрали обратно, передумав лезть. А эти ещё сомневаются. До тех пор, пока я не обращаю на них внимание. Выпрямляюсь, отплёвываясь от вражьей крови. Сам весь в крови и листве. Ко мне две подружки по флангам выходят, злые и страшные, что японские девочки из колодца.
Демонстративно окинув толпу преступников, говорю вызывающим голосом:
— Я граф Суслов Ярослав, хозяин Малорыжковских земель.
Кто–то сразу замотал головой нервно, другие переглянулись.
— Это ж тот самый… о котором молва, — зашептались. — И сюда добрался, ой худо…
— Есть, барин! — Закричали из толпы вдруг очень даже бодренько. — Найдём, Ярослав!
— Кто главный тут? — Спрашиваю.
Минуту мнутся, затем двое неуверенно выходят. На вид матёрые, но сейчас трясутся, как жалкие слабаки. Но представились уверенно.
— Всех польских ратников убить, — приказываю им. — В награду разрешаю забрать всё с трупов в лесу. Лошади мои, всех выловить и пригнать в Малорыжково. Кто служить мне хочет, приходите. Избы дам на проживание и вам, и семьям, платить буду щедро и защищать. Но не приму убийц невинных и насильников, здесь даже не суйтесь. Узнаю, разорву, как Камиля. Как раз сходите, посмотрите, что от него осталось.
Половина горлышками сглотнула, другая затряслась.