Боярышня Дуняша 2

 — Не ты ли потеряла «неприкосновенный продукт», боярышня?

— Ой!..

Она зажмурилась, чтобы никого не видеть. Ещё никогда ей не было так стыдно. Уж так нехорошо попалась!

— Дунь, ты посмотри, кого поймала на свои сладости, — улыбаясь, предложил ей отец.

Дуня повертела головой, но ничего не увидела.

— Да ты с саней слезь. За грузом-то ничего ж не видно.

И правда, коробочки были уложены в короба, а короба стояли друг на друге и перекрывали обзор. Зато Митьке со спины ничем не дуло.

Поддерживаемая отцом, Дуня сползла и сразу уткнулась в морду какой-то левой коняшки.

Она была низкорослой и крепенькой. В это время все лошади были неказистыми, но эта вообще смешной была.

— Откуда она взялась? — ахнула боярышня и протянула своей обидчице угощение. — Ох, напугала же ты меня. Это ж надо, подкралась и цапнула дольку! — укорила её девочка, объясняя остальным свой визг."

"— Дуняшка, а больше ты ничего не видишь?

Она хотела было помотать головой, но тут смешную лошадку оттолкнула другая.

Покрупнее и понаглее. Она тоже захотела яблок.

А потом отец подхватил её на руки, а Гришанька прикрикнул на лошадей.

— Да сколько их тут?! — вот теперь Дуня была ошеломлена. Ей показалось, что целый табун смотрит на неё, жадно шевеля ноздрями и надвигается.

— Осьм, — хмыкнул боярич Семён. — И все к тебе! — не удержался, заржал.

Его хохот подхватили остальные, а кто-то даже дышать не мог, так смешно было. Дуня тоже смеялась, хотя ничего не понимала, но, наверное, так выходил испуг.

— Вячеслав, что случилось? — раздался голос Милославы. — Почему мы остановились?

— Нас догнали кони без седоков, — крикнул боярин и смех стих.

Дело было серьёзным и, скорее всего, печальным. Нигде просто так не бегают лошади под седлом. А на этих даже сумки висели. Надо было разбираться.

— Погода ухудшается, — заметил боевой холоп Вячеслава. — Мы только-только поспеем до следующего двора, а если задержимся, то можем не проехать по заснеженной дороге или вовсе потеряться, если сильно заметет.

Дуня отошла от стресса и начала задавать вопросы.

— Что в сумках? Кому могли принадлежать эти лошади? Татям или воинам? Ждать ли нам погони? Есть ли кровь? Справимся ли мы с ними?

Она всё ещё спрашивала, а люди боярича Волка уже ощупывали седла, высыпали на снег содержимое сумок.

— Изголодалась скотинка, — заметил один из возниц.

— Но в лесу они не ночевали, иначе бы живы не остались, — возразил другой.

Воины оглядывались, ища угрозу.