Квартиру куплю, машину... Заживу!..
Полторы тысячи долларов при полном пансионе – это огромные деньги. Ради такого заработка можно вычеркнуть два-три каторжных года.
– Слушай, Вероника, я это к чему все говорю? А давай вместе в Америку махнем!..
– А возьмут?..
– У тебя что, проблемы со здоровьем?
– Да нет вообще-то...
– А желание?
– Да можно было бы...
– Ну тогда о чем разговор?.. Завтра пойдем вместе. Я тебя с Пашей познакомлю. Он менеджер в агентстве. Думаю, ты ему понравишься. Ну так что?
– А что, попытка не пытка.
Всю ночь Веронике снился один и тот же сон. Бескрайние плантации, палящее солнце, выгоревшее небо, надсмотрщики на лошадях, она, рабыня, загнувшаяся «раком». И чей-то голос – громкий, зычный. «Работайте, негры, солнце еще высоко!» А потом появляется туча. Все радуются – будет дождь. Но вместо влаги на землю сыплются доллары. Радости еще больше. Рабы бросаются ловить деньги, стукаются лбами, начинают драться. Вероника шустрей всех. Она собрала кучу денег. Только почему-то вместо зеленых купюр у нее в руках оказываются красные десятирублевки с изображением Ленина.
– Чует мое сердце – ничего мы не получим, – сказала она утром. – Обманут нас...
Деньги недействительные, да еще красные. Как будто кровь на них... Но не значит же это, что кто-то жаждет их с Иркой крови. А может, и жаждет... Страшный сон, угнетающий...
Но к какому-то Паше Вероника все же пошла. В конце концов, она вполне современная девушка, а не какая-то суеверная деревенщина, чтобы верить в сны.
Вероника думала, что Ирка приведет ее в офис какой-то фирмы. Но Паша ждал их возле общаги. Он стоял возле изрядно заезженной «девятки» и курил.
– Чего так долго? – недовольно спросил он у Ирки.
– Да пока собралась... – Для убедительности она показала на два толстых чемодана.
– А это? – кивнул он на Веронику.
– Это подруга моя... Паша, а можно, Вероника тоже со мной?
– Ты что, на курорт едешь?
– Да Вероника здоровая девчонка. Она все выдержит..
– Что, и слона выдержит?..
– Какие в Америке слоны?
– Да это я так, – ухмыльнулся парень. – К слову...
– Паша, ну так что, берешь?
– Какая ты быстрая... Работа тяжелая – каторжная, можно сказать. Климат непривычный. А вдруг загнется?.. В общем, письменное разрешение от родителей, раз...
– Какие родители? – перебила его Ирка. – У нее нет родителей. Сирота.
– Да? – Паша с интересом посмотрел на Веронику.
Как будто какие-то шестеренки закрутились в его голове.