Знал он и третьего парня, который привел в кафе сразу семь девчонок. Вместе с ним он скрылся за стойкой кафе. А потом появился официант. Он принес кофе, бутерброды.
– А ты давай со мной, – поманил он за собой Веронику.
– Куда?
– Сейчас узнаешь.
Он привел Веронику в крохотный кабинет директора кафе. Во главе стола восседал какой-то незнакомый мужчина. Приплюснутый нос, массивная нижняя челюсть, глубоко посаженные глаза. Этими глазами впился в Веронику, как будто за душу взглядом уцепился. На какое-то мгновение она потеряла ориентацию в пространстве и во времени.
Мужчина снял трубку с телефонного аппарата. Протянул ей.
– На, тебе отец звонит.
– Как отец? Он ведь умер... – вытаращилась на него Вероника.
– Значит, мать.
– Мама тоже умерла. Я еще совсем маленькая была...
Он вернул трубку на место. Но продолжал сверлить ее взглядом.
– Братья, сестры?..
– Да нет у меня никого.
– Точно?
– Да.
– Никто не хватится, если вдруг пропадешь?
– Никто. А почему вы об этом спрашиваете?
– Потому что работа очень тяжелая.
Вероника вышла из кабинета. Но в зал не пошла. Ей вдруг расхотелось ехать в Америку. Не потому, что боялась работы. Просто этот мужчина нагнал на нее страху. Почему его так интересуют ее родственники? Вернее, их отсутствие. Что-то тут нечисто...
Она бросилась к рабочему выходу. И даже выскочила во внутренний дворик кафе. Но путь ей перегородил Паша.
– Куда ты? – хищно осклабился он.
– Да мне бы... Я бы... Мне в туалет надо, – нашлась она.
Вероника вдруг поняла, что ее никто и никуда не отпустит. Разве что только в туалет. Вот он, в конце двора. За ним сразу лес начинается, кустарник сплошной стеной. Шмыгнешь в него, никто не заметит.
– В туалет? Что ж, нужное дело... Только сначала надо кофейку попить. А то ведь остынет...
Он недобро усмехался и танком надвигался на нее. Загнал обратно в узкий темный коридор.
– Пошли кофейку попьем, а потом в туалет...
Девчонки сидели за столом. На Веронику и Пашу никто не обратил внимания.
Вероника, даже не присев, махом выпила остывший кофе.
– А теперь можно? – кивнула она в сторону туалета.
– Теперь можно.
На выход она шла широким, твердым шагом. Но уже возле туалета на нее навалилась страшная усталость. Мысли вдруг спутались в жесткий колючий клубок, мозги покрылись изморосью.
Вероника даже не поняла, что оказалась в туалете.