На удивление, увидев, как я отступила, она не стала в наглую пытаться обнять. Я кивнула, это большее, на что я сейчас способна.
- Берегите мою дочь, – строго сказал отец Дэйрону, и тот кивнул.
- Мы будем рады вам в любой день, – сказал мой супруг.
И мы, наконец, вышли из дома. Следом пошла и вся семья. Они провожали меня взглядами.
Но не только семья вышла меня проводить. На противоположной стороне улицы стояла Дороти. Она смотрела, как я уезжаю.
Казалось, бывшая подруга хочет подойти, но она не сдвинулась ни на шаг.
Когда настало время садиться в карету, и Дэйрон подал мне руку, я специально немножко оступилась, чтобы оказаться в крепких объятьях супруга.
Его горячие руки сжали мою талию, а лицо оказалось в такой близости, что я вспомнила наш поцелуй, и губы моментально пересохли.
Я улыбнулась Дэйрону, потянулась рукой и поправила волосы. Его хмурый взгляд сменился удивлением.
Я кинула взгляд через плечо и увидела Дороти. Она смотрела, а это главное.
- Будь аккуратнее, Николь,- сказала Дэйрон.
- Спасибо, – ответила я супругу и, наконец, села в карету.
Следом зашел и муж. Я чувствовала, как он сверлит меня взглядом, в то время как я смотрела в окошко на семью.
- Трогай! – отдал приказ Дэйрон."
"Карета двинулась в путь. Я помахала рукой Софии, провожая взглядом свою любимую семью, родной дом, и сделала это, как истинная леди, не проронив ни одной слезы.
Карета уезжала все дальше и дальше.
Разговор был проведён еще давно, перед помолвкой, во всех красках и с подробными инструкциями.
Условия содержания поместья я обговорила не только с папенькой, но и с Ульрихом, который должен был следить, чтобы папенька ничего не напутал.
Только была существенная разница. Я думала, что буду жить в столице и наносить частые визиты отцу. Смогу что-то подсказать, где-то помочь.
Теперь же мне оставалось надеяться лишь на папу и Ульриха, который остался с ним.
Лучшее, что я могла сделать – это нанять для отца грамотную экономку. Но он отказался от средств Дэйрона.
А сейчас я призадумалась, что экономку могла бы нанять сама за деньги мужа. Ну не выгонит же отец ее на улицу, верно?
Эта мысль меня чуть приободрила.