Вообще-то, так оно и было, но я решил рассказать об этом попозже, когда мы выберемся из этого места. Я думаю, у нас будет время поговорить.
Тем временем мы вошли в последнюю комнату с дверью и решетками на стенах.
— Мне кажется упыри сидели за решетками, которые почему-то открылись, — сказал я, пока все с удивлением осматривались вокруг. — Вот только когда именно они открылись, понятия не имею. Хотя, может быть, и нет. Это просто одна из версий. Зачем-то же эти решетки здесь есть…
— Угу, я даже знаю кто их открыл! — сказала Лазарева и посмотрела на Шмелева.
— Я же не знал, что на полу может быть магическая печать… — пожал он плечами в ответ. — За все время я первый раз такое вижу.
Пока они тихонько переругивались между собой, Кайсаров уже был возле двери и теперь смотрел на нее так, как будто нашел Священный Грааль.
— Она существует… — пробормотал он и провел рукой по месту, куда нужно было приложить перстень.
— Становится скучновато… — сказал Дориан, после того как прошло пару минут, а барон все никак не мог поверить своему счастью.
— Может быть, самое время попробовать ее открыть? — спросил я у него.
— Что? — он вздрогнул и удивленно посмотрел на меня, будто забыв, что здесь есть еще люди, кроме него.
— Максим предлагает войти внутрь и посмотреть что там, — напомнила Лазарева о цели этого путешествия.
— Да-да, конечно… — Кайсаров попытался снять с пальца кольцо, но это оказалось непросто. Его руки тряслись так, как будто его била лихорадка.
— Давайте я попробую, — предложила помощь Полина, затем взяла его трясущуюся руку и осторожным движением сняла перстень. — Вот, пожалуйста.
— Благодарю… — дрожащим голосом сказал он и попытался приложить перстень к нужному месту на двери.
Дзынь… дзынь… дзынь…
Кольцо стучало по металлической двери, но упрямо не хотело слушаться барона.
— Разрешите, Агей Иванович, — сказал Шмелев, затем взял его руку и одним точным движением вложил кольцо туда, куда было нужно.
Звонко щелкнуло… Дверь приоткрылась и оттуда потянуло странным сладковатым запахом.
— Вы уверены, что хотите пойти первым? — спросил у барона Андрей, увидев, что тот схватился за створку двери и уже собирался ее открыть.
По лицу Кайсарова было видно, что от сильного волнения он соображает не самым лучшим образом.