А теперь вот оборачивается так, что и летчики-генералы мне пишут, да еще такую прозу армейской жизни вываливают, что волосы дыбом…
Ну да этим не гордиться надо; об этом надо горевать.
Авиационное сообщество на всех форумах распространило мои комментарии и размышления. И все со мной согласны.
И оборачивается так, что все молчали или обсуждали детали, строили всякие умственные предположения и косились друг на друга. Один Ершов прямо и сразу сказал, что король – голый. А теперь все согласны с моим мнением.
Дедушка, ты в авиации авторитет. Понимай это, знай себе цену, не разменивайся на мелочи. Каждое твое выступление процеживается через тысячи мозгов, и жизнь все чаще подтверждает твою правоту, а люди все больше ценят твою прямоту. Но одним, всего одним словом – ты это очень хорошо знаешь – можно все разрушить и обгадить себя навсегда. Будь сдержан, взвешивай, прежде чем сказать. Ершов – должно звучать весомо. Думай, и думай, и думай.
Я сам удивляюсь. Как это произошло, что ко мне стали прислушиваться?
Честность.
Есть и другие капитаны, не менее опытные, не менее честные. Но – не высовываются.
На безрыбье и рак рыба.
Глянул на себя в зеркало… ох, дед… Неужели мне уже доходит 66 лет? Гляжу – таки доходит. Все, дед Вася, ты уже не молодой. Уже ближе к семидесяти, чем к шестидесяти. И это «ближе» шпарит со скоростью курьерского поезда, везущего повестку на тот свет.
Но внутри-то себя я не чувствую старости, дряхлости душевной.
Единственно: нет творческого вдохновения. Неужели уже не будет всплеска?
Весна кончается. Для меня она прошла в такой активной и разнообразной деятельности, дала столько впечатлений, как никогда. Сотни писем, выступления в интернете, отзывы, дерготня СМИ…
25.05.
Надя звонила, что опять ее четвертая власть беспокоила, Первый канал: снова им требуются мои комментарии по Смоленску.
На то есть Толбоев.
Пусть твердо усвоят себе: дед Ершов – нетелегеничен. Нет, и всё.
27.05."
"Домой прибыл в полдевятого. Залез в Сеть: полтора десятка писем, не требующих напряга при ответе. Это успеется.
На форуме дилетанты все спорят о катастрофе.