Из-под колес выскочил упитанный белый котяра и, гневно мяукнув на невнимательного возницу, что чуть не наехал на него, рванул в мясную лавку и скрылся под прилавком.
Я посчитала, что раз кот не черный, а белый, значит, впереди что-то действительно хорошее.
Но пока мы молча сидели на тесном диванчике, прижавшись друг к другу. И вроде столько вопросов, столько тем для разговоров, а язык будто к нёбу прилип. И пальцы подрагивали от волнения.
– Тебе нравится жить в Шаливаре?
Вопрос Эмеса показался спасительной палочкой.
– Да, очень. Только мамы не хватает. Я по ней скучаю.
– Это понятно, – он кивнул, – ты давно не писала ей писем.
– В комнате лежат два.
– И почему не занесла?
– Потому что не хотела мелькать перед глазами вашей пассии.
Он нахмурился:
– Мы опять на вы, Аля?
– Хорошо, у твоей, – исправилась.
– Она мне не пассия и никогда ею не была.
В его голосе я слышала нотки злости и раздражения. Похоже, тема для него щекотливая.
– А как же: «Эмес, дорогой, ты помнишь, мы были лучшей парой во всей академии».
Не удержалась! Кипело во мне все. Как вспомню первый день в академии и эту мымру…
– Были и не были одновременно.
– Это как? – уставилась на мужчину.
Он был так близко… Я ощущала тепло, исходившее от его тела.
– В годы учебы я подружился с Эриком. Нашу компанию часто сопровождала Элоиза. Она подавала надежды как проклятийник и была третьей ученицей группы «Изящная магия».
Вроде логично, да только на все вопросики его рассказ ответов не дал.
– Что же она тогда ультиматум ставит: или она, или грязь, то есть я?
Ведун поджал губы.
– Не повторяй это даже в шутку. Я был молод, Аля.
– А она?
– Вот мы и подходим к самому интересному. Пару лет я ничего не слышал об Элоизе. Окончил военную академию оборотней, несколько лет провел во внешнем мире, изучая ваши технологии.