Чтобы в утро Рождества каждый нашел под ёлкой то, о чём мечтает.
— Начнём с того, что это не я собирался стать Николасом, а вы намекнули на это, — заметил господин Тодеу.
— Не будете же вы придираться к словам! — отмахнулась я. — Если не знаете, что покупать, я вам помогу.
— Каким же образом, интересно? — он опёрся плечом о стену, глядя на меня сверху вниз.
Мне казалось, его забавляют мои слова. И в то же время он относится к ним, как к детской болтовне — мило, смешно, но ничего серьезного.
— Расспрошу каждого, что он хотел бы получить, — я старалась говорить четко, уверенно, чтобы показать, что говорю совсем не о детских забавах.
— Не надо вам беспокоиться, Элизабет, — на этот раз он перебил меня. — Я прекрасно справлюсь с этим о-очень сложным делом сам. Лучше разузнайте-ка для меня вот что…
Он замолчал, посматривая хитровато, и я с готовностью кивнула, показывая, что готова ему помочь.
— Разузнайте, что хотела бы в подарок, — продолжал господин Тодеу, — некая сударыня Элизабет, которая служит в этом доме.
"Я не сразу поняла, что он спрашивает обо мне. Просто никак не могла привыкнуть к новому имени, и даже начала припоминать — кто такая эта «сударыня Элизабет». Но когда смысл просьбы дошел до моего сознания, я отшатнулась, будто услышала что-то оскорбительное.
— Эй, что это с вами? — не понял господин Тодеу, а я уже бросилась наутёк.
Разумеется, бежать мне было некуда — только в кухню.
— Вы обиделись? — спросил господин Десинд вполголоса.
Он возвышался надо мной, как самый настоящий тролль, и лохматая шапка только усиливала впечатление.
— Нет, — коротко ответила я.
— Тогда почему вы пытаетесь убежать?
Почему пыталась?! Да он шутит! Но голос у хозяина был серьезным.
— Мне кажется, — сказала я как можно холоднее, — нам лучше не продолжать этот разговор. Вам надо думать о мечтах своих детей, а не о мечтах служанки. Поверьте, это совершенно лишнее.