И если леди Арвишше грозил лишь неприятный разговор, то Карнелиа одними словами не ограничится… Она у нас, конечно, спокойная, но стоит ее довести — сразу магией бьет, причем на поражение, не тратя времени на расчет безопасных для жизни оппонента параметров заклинаний.
Я обвела взглядом комнату, пытаясь понять, куда мог подеваться Май, которого я всего пару мгновений назад видела рядом с собой. Кроме него, все равно никто эту темную братию к порядку не призовет — меня они из вредности слушать не станут.
Майсиль обнаружился в самом дальнем углу комнаты, причем спрятался наш невинный мальчик-зайчик за разлапистым растением, отдаленно напоминающим наш многострадальный институтский фикус… Почему многострадальный? Так какой-то гений-садовод поставил кадку с этим представителем редкой флоры прямо напротив кабинета теории разрушений, а потому неудачливые студиозы свои свершения на этой ниве часто оттачивали на растении… Что примечательно, фикус все стерпел, разве что края его длинных продолговатых листьев чуть пожелтели и свернулись, ну и по ночам, говорят, он сияет всеми цветами радуги… Но так это или нет, точно никто не знает — учебные корпуса, особенно те, в которых находится дорогостоящее оборудование, на ночь запирает лично лорд-директор.
Но вернемся к нашей флоре и фауне! Это с чего бы Май занял место всех одиноких и покинутых? В институте за тем несчастным фикусом постоянно отирался какой-нибудь несчастный — кого-то возлюбленная бросила, а кто-то «неуд» у магистра Лимона получил… В общем, растение то было известно всем и ассоциировалось чаще всего с какими-то душевными расстройствами и эмоциональными раздраями.
И кто из наших мог так задеть Мая? Это же все равно что ребенка обидеть! Нет, мы все, разумеется, время от времени ведем себя далеко не самым лучшим образом, но стараемся хотя бы в общении друг с другом самые недостойные порывы усмирять… А этот темный слишком беззащитен и доверчив, чтобы уметь держать удар.
Решив, что одна я здесь все равно не справлюсь, а присутствие Майсиля — отличное подспорье при усмирении дроу, я направилась к нашему несчастному мальчику. Мая мне было чисто по-человечески жалко.