В меня ж хрен попадешь, потому как я быстр, как диарея и решителен, как мартовский кот, увидевший кошку.
Высоко взлетев, я опустился уже в лесу и тут же принялся орать, создавая панику и хаос:
— Десятая, бей огнем! Четвертая — Вторая, ловушки! Тридцать седьмая — отсекай их от тропы.
Создавая ощущение, что нас тут много, я носился между деревьями, от души поливая этих странных егерей плетениями. Причем делал я это так быстро, что со стороны реально казалось, будто нас тут до хрена.
Дамочки, впрочем, не растерялись и ответили ударами по площади, не жалея эфира.
На запах магии тут же стали подтягиваться новые действующие лица, так же швыряясь плетениями и пытаясь куснуть пришельцев за мягкие места. Повторялось все в точности, как с ханьцами. Но разница была в том, что эти точно знали, чего ожидать и не растерялись.
Но они в любом случае обречены. Трое воевод, остальные витязи — раньше такой отряд вполне мог меня одолеть.
С воплем одна из егерей была утащена в лес треххвостым полозом — увы для магинь, у него был полный резист к магии. На самом деле, грохнуть его легко — отрубить башку и все, потому как щитов он не имел. Но эти привыкли больше полагаться на эфир, за что и поплатились. Вот барс-хамелеон прыгнул с дерева и, разом сломав шею одаренной, так же быстро вернулся на дерево, откуда скачками рванул в глубь леса.
Вот я срезаю воздушным серпом две бестолковые головы, попутно вырубая земляным кулаком самую говорливую из них. Знаков различия нет, но раз много болтает, значит, много знает. Ну, и фигурка у нее вроде ниче так.
С треском позади меня падает горящее дерево, подняв в воздух кучу искр. Пожара я не боялся — зима как-никак. Я едва успеваю отпрыгнуть, ещё чуть, и оно бы встретилось со мной."
"Кидаю на поляну кучу веток с магией земли, сбивая концентрацию дамочкам и заставляя их защищать еще и ноги.