Когда мы пробуем новое блюдо, вкусовые рецепторы приходят в состояние неопределености, предвкушения, человек не знает, чего ожидать, какие вкусы и ощущения его захлестнут при первой пробе. Со второй порцией рецепторы адаптируются, причём довольно быстро. А первая проба нового блюда – это как прыжок с парашютом. В этот момент организм получает ударную дозу дофамина, мозг попадает в нирвану, в негу, если хочешь. Второй раз ощущения… притупятся, – подобрал Мелёхин верное слово, – степень этого удовольствия снизится или вовсе пропадет.
Несмотря на то, что Ане очень понравилась Серёжина мини-лекция, она всё, конечно, поняла по своему и перенесла его высказывание о еде на почву сексуальных удовольствий.
– Поэтому ты ни с кем и не завязываешь серьёзных отношений, да? Важен первый раз, а потом, говоря твоими словами, рецепторы адаптируются… и уже всё не то, так?
Улыбка слетела с лица Серёжи, он совсем не подумал, что мысли Ани повернут в таком направлении. Хотел всего-то развлечь, но Аркадьева ловко провела аналогии, и, если уж говорить откровенно, какая-то доля смысла в её словах присутствовала. Это если говорить о прошлом, конечно.
"– Я очень хочу, чтобы у нас всё было серьёзно, Анют, – он не заискивал и не убеждал, говорил, как есть. – На этот раз всё уже серьёзно. Я приехал в Нижний, а ты по мне будто паровым катком проехалась.
– Неужели я ранила твоё эго, и ты из чувства противоречия решил добиться своего? – в её взгляде мелькнули испуг и возможность разочарования.
– Нет никаких противоречий, милая, ты нужна мне. Вы с Лерой мне нужны.
Серёжа произнёс эти слова, и даже дышать стало легче.
Аня опустила взгляд, скрывая от него свои мысли. Может быть, время откровений ещё не настало? Мелёхин решил не давить и снова переключился на еду.
– Хочешь попробовать?
Он кивнул на своё блюдо, и Аркадьева прикусила губу, пряча внезапную улыбку.
– Да ты никак идеальный, Серёж.