Кровь окрасила серебряную шерсть зверя в бурый цвет. Я бесшумно заплакала, пытаясь не отвлекать волка. Тот отстранился от тела Барреля, чья грудная клетка уже была вся в глубоких бороздах от когтей. Жаль, что нагрудник формы оказался слишком крепким, а второй мерзавец слишком быстро поспешил на помощь.
Подельник и волк начали кружить друг напротив друга. Сталь против зубов и когтей. Мощь животного против хитрости и изворотливости человека. Я уцепилась здоровой рукой за рассохшееся дерево перила, замирая от каждого взмаха меча.
Я закрыла глаза, сжимая губы и стараясь не вздрагивать от каждого свиста, рассекающего густой, словно кисель, воздух, и позвала Лес. Меня трясло, но я тянула его силу. Затем открыла глаза и поняла, что шкура волка стала еще более бурой. Это придало мне решимости.
Корни разрезали почву, потянулись ко мне, преодолевая дорогу и вспахивая плотную почву, словно рыхлый пирог.
Волка больше не было.
Его не стало…
Глава 5
Передо мной стоял высокий и жилистый мужчина. Его неестественная худоба пугала. Ввергала в шок. Но перевитый стальными мышцами торс и руки, оплетённые венами, словно толстыми лозами, притягивали взгляд, как и два клинка, что сверкали даже в сумраке. Сухопарое тело мужчины узорами белоснежной паутины окутывали следы от шрамов.
Оборотень поднял клинки, удобно перехватив их рукоятки, и ринулся в бой, не жалея противников. Его клинок встретил сталь меча гада, что почти надругался надо мной, и запел, искра появилась и тут же погасла. Мой волк сделал шаг назад, замахнулся и вновь ударил. Крепкое лезвие мерзавца приняло удар, и снова раздался звон. К ним присоединился Баррель. Он закрыл рваную рану на плече, где зверю удалось перегрызть часть кожаного плотного жилета.