Они были торговцами, на их магазин напали грабители… потом я жил у дальних родственников, а в пятнадцать приехал в столицу поступать в академию магии.
И, судя по всему, ему тоже пришлось несладко.
Я лучше рассмотрела молодого человека. Полностью рыжий: и чуть вьющиеся волосы, и брови, и ресницы. Веснушки на лице выглядели брызгами краски, разлетевшимися по лбу, носу и щекам. Голубые глаза, но не светлые, почти прозрачные, а яркие и насыщенные. Пухлые губы сейчас чуть обиженно надуты, видимо, его задели мои слова.
- Простите, - я вздохнула, как смогла улыбнулась, села обратно на стул и взяла в руки чашку. - Я не хотела вас обидеть, просто так получилось.
Как у меня обычно и бывает.
- Ничего, - страж примирительно улыбнулся в ответ. - Допивайте кофе и идем открывать ваш дом. Чтобы мне потом снова не пришлось отбивать вас у патрульного отряда."
"Кофе был вкусный, даже жаль его так быстро пить, но мне ужасно не терпелось поскорее попасть в дом. Саймон только улыбнулся, глядя, как я в три глотка осушила чашку и поставила на стол. А еще расплатился, за что я была ему особенно признательна, так как у меня каждая марка сейчас на счету.
И вот я во второй раз за день открываю кованую калитку и прохожу в заросший и одичавший за годы сад.
- Это ваш дом? - страж недоуменно смотрел на заброшенный особняк. Да, прямо скажем, не дворец.
- Моя семья долго им не занималась, поэтому он в таком плачевном состоянии.
- Дело не в его внешнем виде, - Саймон нахмурился, - внутри… неспокойно.
- Вот и узнаем, что там внутри, - я решительно подошла к входной двери. Не удивлюсь, если там поселились какие-нибудь грызуны, а то и магические вредители. Чувствую, реши я в него въехать - мне предстоит грандиозная уборка.
Молодой человек посмотрел по сторонам и на всякий случай прикрыл нас отводом глаз, затем взял из моих рук ключи и бляху. И вот самая толика магии - и охранные чары сняты, и ключ в двери проворачивается без каких-либо усилий.
С предвкушением я потянула ручку на себя и шагнула внутрь. С порога меня окутал какой-то неестественный сумрак, а застоявшийся воздух и смутно знакомый запах одурманили сознание.