Под фанфары, которые выдает ее игровой аккаунт, хватаю девчонку за плечи и резко дергаю на себя.
— Ты что, блядь, вытворяешь? — горланю ей в лицо, забывая о том, что не все эмоции можно выказывать. — Ты, мать твою, кто такая? Кто ты, блядь, такая, а?
Она ничего не отвечает. Без каких-либо эмоций позволяет мне себя трясти. Только по щекам слезы катятся. Шумно выдыхаю, когда замечаю. По-новой наполняю легкие, и вдруг кажется, что у меня самого какая-то чертова влага заливает глаза.
Бурно выдыхаю, будто в каком-то бессознательном передозе, и веду взглядом в сторону.
Только не отстегнись…
Думаю, сказать не в силах.
Улавливаю гомон голосов за спиной, только после этого отцепляюсь и выхожу. Двигаюсь к выходу, будто в бреду каком-то. Рвано и громко дышу.
Не первый… Не первый…
Дорогу домой не запоминаю. В том же тумане нахожусь. Хочу добраться до своей берлоги и закрыться от всего мира.
Отец разъяряется так, что штукатурка сыплется. Смешно только, как охуевает мачеха, впервые узрев личину дьявола. Ибо на здорового человека Ренат Ильдарович в тот миг совсем не тянет. Ему бы психиатров вкупе с экзорцистами. И то хрен помогут.
Не прекращая рвать глотку, поносит «папочка» весь свет. Меня, конечно же, в первую очередь. Я у него и дегенерат, и дебил, и даун, и кусок дерьма. Попутно прилетает остальной команде, организаторам, создателям игры, самому Богу… Список претензий бесконечный.
— За своей неугомонной каличью лучше следи! — рявкает мачехе в физиономию. Я в режиме похуизма не сразу врубаюсь, что задевает он в этот момент Варю. — Постоянно встревает в какую-то дичь и отравляет всем вокруг жизнь! Камикадзе, вашу мать!
Зверею с пол-оборота. Остановить себя даже не пытаюсь.
Все, что происходит… Все это меня непонятным образом ужасает и страшит.
— Ты должен был быть первым! — орет с таким видом, словно сейчас разрыдается. — Ты всегда должен быть первым!
На хуй.
Разжимаю пальцы и отталкиваю отца. В том же размноженном бреду тащусь обратно к выходу. Только забираюсь в салон, кто-то дергает пассажирскую дверь.