"1
Я полностью обнажена.
Только ноги почти не касаются земли — лишь носочки. Потому что на них туфли на безумно высоком каблуке.
На глазах черная повязка, но она не все скрывает, кое-что видно.
Кожа горит от прохладного воздуха, всему виной мои собственные ощущения. Обнаженное тело. Туфли. Повязка.
Клиент не любит, когда женщина одета.
Клиент любит белую кожу, светлые волосы и дизайнерские туфли.
Поэтому, стоило только мне прийти в клуб, как сразу отвели в душ, а потом отобрали всю одежду, но… принесли в бархатном ящичке черные туфли, усыпанные бриллиантами.
— Наденешь это. Он хочет тебя именно так.
Я замираю, не в силах отвести взгляда от переливающихся всеми цветами радуги бриллиантов, от лаковой кожи, от шпильки, которая просто страшит. Чувствую, как горят щеки от стыда и унижения.
Чего ты хотела, Алиса? Он столько заплатил, чтобы купить твою девственность.
Ты сама подписала договор, сама согласись продать себя на всю ночь тому, кто согласится цену повыше. И плевать всем, что деньги нужны для лечения маленького племянника.
Я сглотнула. Это всего лишь ночь. Потом можно забыть обо всем, забрать деньги и стереть из памяти как кошмарный сон.
Здесь пахнет чем-то очень сладким, ванилью и чем-то ещё, от чего идет голова кругом. Я знаю, что тут царит полумрак. Зажжены свечи и камин. Под ногами что-то мягкое: то ли ковер, то ли шкура какого-то зверя.
Я с трудом держу себя в руках, надеясь, что со стороны не видно, как меня колотит дрожь. Мне страшно. Какой он? Что будет делать? Я прекрасно понимаю, что эти туфли — всего лишь прихоть избалованного богача.
Снова вдох и попытка успокоить колотящееся сердце. Всё же я что-то совсем не о том думаю.
Дверь открывается.
По телу пробегает дрожь. Невольно прикрываю грудь руками. И тут же жду резкого оклика и грубости, чтобы не смела закрывать «товар». Но… Он молчит. Молчит и смотрит.
Дверь еле слышно закрывается.
Мне кажется, что в аромат ванили вплетается что-то более тяжелое. Табак. Корица. Миндаль.
Чувствую его взгляд. Голодный. Жадный. Бесстыдно скользящий по мне от макушки с белокурыми локонами до кончиков пальцев.
Меня изучают, смотрят, как на добычу, за которой столько времени гонялись, а теперь, наконец-то, смогли поймать и заключить в клетку. Пытаюсь отмахнуться от глупых мыслей. Это все страх и моя фантазия. Никто за мной не гонялся и не выслеживал.