Банные воры — особая каста, со своими многочисленными обычаями и традициями, и черноволосый принадлежал к самым удачливым из них. Но вся сложность заключалась в том, что брюнет ни разу не был пойман и о его успехах Аристов мог судить только по рассказам его менее удачливых коллег, волей случая оказавшихся в тюремном замке у Бутырской заставы. Черноволосый не был судим, а следовательно, имел неплохую возможность заполучить место банкомета у князя Гагарина, чем не преминул воспользоваться.
— Поднимите карты, ваше сиятельство, — услышал Аристов мягкий голос бывшего вора.
"Григорий Васильевич отказывался верить — на руках был марьяж. Брюнет смотрел с нарочито невозмутимым видом. Теперь у Аристова не оставалось никаких сомнений в том, что чернявый подыграл ему. Но как это воспринимать — как плату за молчание?
— Ваше сиятельство, — вновь услышал Аристов убаюкивающий голос брюнета. — Ваше слово!
— Господа, прошу прощения, но, кажется, на этот раз я выиграл, — и Аристов осторожным движением перевернул карты.
— Наши поздравления, генерал, — Савелий Николаевич первым справился с шоком. — Вам сегодня везет.
Банкомет пододвинул к Аристову деньги.
— Господа, это только начало моего вечера, и я в самом деле очень желаю, чтобы он закончился для меня удачно.
С видимой ленцой генерал принялся засовывать в портмоне «катеньки».
— Что же у вас планируется на сегодня? — поинтересовался Савелий Николаевич.
Банкомет уверенно тасовал карты: распихивал их в середину колоды, разворачивал веером и вновь собирал в аккуратную стопку.
— Знаете, господа, сегодня я наведываюсь в рассадник московской преступности.
— Это куда же, ваше сиятельство? По Москве таких мест набирается немало, — слегка улыбнулся Родионов.
Григорий Васильевич поднял карты.
— Есть одно… — Он посмотрел на часы и продолжил: — Через час там начнется облава. Но сами понимаете, я вам говорю секретную информацию и поэтому ни-ни, — многозначительно приложил палец к губам генерал.
Аристов раздвинул карты. Избалованная фортуна этот вечер решила провести с ним — на руках он держал три туза.
— Мы понимаем вас, ваше сиятельство. Это, очевидно, Хитровка?
Генерал усмехнулся:
— У нас имеется серьезное предположение, что медвежатник, о котором так много говорят в последнее время в Москве, или сам родом с Хитровки, или имеет в этом месте своих людей.