С выражением крайней брезгливости от мысли, что эту свинорылую жабу станет все-таки кто-то кушать, я гордо прошествовала в отсек и завалилась на твердую скамью.
Неудобно. Теперь расслабится мне мешала жесткая поверхность этой лавки.
— Если я когда-нибудь выберусь из этого вонючего трюма, населенного десятком уродцев, и еще и живой останусь, — проворчала я негромко, — то первое, о чем попрошу — это здоровый сон на мягкой кроватке.
Сферр так и остался стоять снаружи. Ну, вот и славненько, не будет доставать своими нравоучениями.
Оказалось, рано радовалась, потому что аррафат все же решил составить мне компанию. Видимо, ему нетерпелось высказаться по поводу моего «ужасного» поведения.
— Женщина, что же ты творишь? — завелся он с пол оборота. — Вот стоит мне оставить тебя одну, и ты тут же вляпываешься в какие-нибудь события. Чем тебе помешал крахх? Он, между прочим, подчищал тут и устранял нежизнеспособных.
Его слова мне не понравились.
— Подчищал? Устранял? Сферр, а ты знаешь, что я всю свою жизнь занималась только тем, что спасала тех, кому грозило такое устранение и подчищение? — эмоционально, даже несколько агрессивно, произнесла я.
— Лучше замолчи, Селена… — начал было аррафат.
— Я не замолчу, Сферр, — перебила я его, мое возмущение нарастало. — Ладно, эти крабы первые напали, и вы этих крабов просто сожрали, — от своих же слов меня передернуло. — Но этот урод убивал просто так, и не равных себе, а раненых. Никто не добивает раненных! Это же подло.
"У меня слов не нашлось, как это назвать. Жаба противная, такое творить, и ведь никто не вмешался.
Соскочив, я ринулась на выход, в праведном гневе желая высказать все, что у меня внутри накипело по поводу местных трусливых «бойцов». Но внезапно на моей дороге возник Сферр. Не ожидая такой преграды, я врезалась в него и, потирая ушибленную грудную клетку, попыталась обогнуть. Не дал. Только перехватил меня за талию и прижал к себе.