Или давно забытое старое? Он не знал и разбираться не хотел. Ему надо, чтобы она кончила. С ним.
Для него ещё успеет."
"Его опытные пальцы знали, как ласкать и где. Как трогать. Женя пискнула, задвигала бедрами, того и гляди готовая смызгнуть вниз. Степан снова и снова трогал её клитор, задевая набухшие складки.
Долго ждать не пришлось. Женя вытянулась в его руках струной, сжала бедра сильнее и… опала, негромко ахнув. Степан, не отрывая требовательного взгляда от её лица, впитывал то, что видел. Потеряшка была прекрасна, испытывая чистое, ничем не прикрытое удовольствие.
Барсов не спешил вынимать руку из её трусиков. По-прежнему водил, трогал, рассыпая остатки отступающего удовольствия.
Женя приходила в себя неспешно. Выдохнула, глазки открыла и посмотрела на Степана, в чьих объятиях находилась.
Он не сомневался в том, что после удовольствие придет раскаяние и стыд.
Так и оказалось.
Женя убрала одну руку с плеча Степана, уперлась ей в борт. Попыталась соскользнуть со Степана, но у того были иные планы.
– Завтра ночью повторим. Выбор комнаты за тобой.
Глава 11
– Дочь, скажи мне правду, у тебя всё хорошо?
Женя с утра позвонила маме. Та, естественно, заподозрила неладное. Второй звонок, и каждый раз с другой симки. А её постоянная симка вне зоны действия сети.
Женя громко вздохнула.
– Мам… всё сложно.
– Хм… Вот с этого места поподробнее, пожалуйста.
– У меня небольшие разлады с Вовой. Вернее, как…
Женя снова вздохнула.
– Мне звонил Вова.
– О как даже. А вот теперь, мам, давай ты поподробнее.
– Жень, что у вас?
– Мама… рассказывай.
– Да что рассказывать! Расстройство одно с вами. Сейчас картошку помешаю, подожди.
Женя терпеливо ждала, нервно постукивая пальцами по комоду. Снова утро. На этот раз к ней в дверь никто не постучал. Сегодня народ сам по себе. Но она всё равно, притаившись, ждала.
Не может ОН не прийти… Вот не может и всё тут.
Сама Женя не выходила, трусливо поглядывая на часы.
– Жень, ты тут ещё?
– Конечно, мам.