— Которое вступит в силу, после того, как его самого признают не пропавшим без вести, а погибшим…
— А его признают? — с сомнением уточняю. Тема с отцом так и висит в воздухе. Что с ним стало мне так никто и не рассказал. Не то, чтобы мне очень интересно, но все же хотелось бы знать, чем дело кончилось.
— А куда денутся. Поспособствуем.
Ловлю себя на мысли, что мне его совсем не жаль. Вот вроде отцом был. Воспитывал. Но все куда-то исчезло и обесценилось.
Пробегаюсь глазами по ровным строчкам. Недвижимость какая-то, о существовании которой я даже не знал.
— Акции моей фирмы? — удивленно смотрю на Бориса Артуровича, вероятно здесь какая-то ошибка. — Но мы же с развелись с Полиной.
— Да и черт с ним, — отмахивается тот. — Я решил, так будет справедливо.
— Спасибо, неожиданно, — качаю головой, еще до конца не понимая всего происходящего. Борис решил отдать мне мою фирму без каких-либо претензий на нее. Это очень хорошая новость. Не придется начинать все с нуля.
— Свадебный подарок тебе.
— Конечно.
— Ну давай, невесте привет, — он протягивает руку, а я с готовностью пожимаю ее.
— До свидания.
Выхожу из ресторана и сажусь в машину. Пишу Алене сообщение, что освободился и еду домой. Получаю в ответ кучу поцелуйчиков и расплываюсь в улыбке. Как мало оказывается человеку надо для счастья.
— Как все прошло? — спрашивает Алена, усадив меня за стол на кухне и подарив нежный поцелуй.
— Без происшествий. Вот, — отдаю ей свидетельство о разводе и замечаю, довольную улыбку на ее губах.
— Здорово, — Алена внимательно читает каждую строчку и поднимает на меня глаза. — Как Полина?
— Первый раз видел ее без косметики и каблуков, — улыбаюсь я. — Да еще и такая спокойная… мне кажется она в религию ударилась.
— Может и к лучшему? — вздыхает она с грустью. — Вымолит здоровья ребенку.
— Не знаю, странно это все как-то…
— Ей так значит легче.
Мы много раз обсуждали эту ситуацию и Алена искренне переживает и за Полину, и за ее малыша.
— Может быть, — пожимаю плечами. — Вот еще мне передал Борис Артурович.
— Что это? — Алена открывает папку и без особого интереса рассматривает документы.
— Все, что осталось от отца, — сухо поясняю я. — Наследство.
— И ты взял? — хмурится она. Прекрасно понимаю ее чувства, но не разделяю их. Хотя бы потому что знаю, как распорядиться этим наследством.