— Надеюсь, меня не посадят за нелегальные операции, — вздохнул хирург, методично протирая скальпель, пинцет и еще какой-то диковинный зажим кусочком стерильной марли, пропитанной спиртом. — Ох, Петров. С тобой рядом-то опасно находиться Когда ты уже от меня отстанешь?"
"— С сегодняшнего дня, Павел Алексеевич, — заверил я. — Если операция пройдет успешно — обещаю приносить только удачу.
— Возьми в зубы, — Мытько протянул мне тугой сверток из марли. — Прикуси, чтобы не орать. Я рану, конечно, новокаином обколю, но все равно больно будет.
Я сглотнул и стиснул зубами марлевый сверток.
— А вы держите его, — распорядился хирург, обращаясь к Погодину и Медведеву.
— Не надо меня держать, — замотал я головой. — Сам справлюсь.
— Все так говорят, — прищурился Мытько, будто в предвкушении экзекуции. — А потом на стену лезут и маму зовут.
— Кто – все? — удивился я. — Вы же в больнице работали. Там все условия.
— Плохо ты меня знаешь, Петров… Я в Новоульяновске всего четыре года. До этого в Казани жил. Там молодежная банда с несерьезным названием “Тяп-Ляп” очень серьезно город под себя подмяла, пока их главарей в семьдесят восьмом не расстреляли.
— Смешное название, — гоготнул Погодин.
— Говорят, что назвались так, — пояснил хирург, — потому что тренажерный зал, который они организовали для подготовки своих бойцов, сляпан был из подручных материалов. Штанга из лома и батарей отопления, гантели из чугунных утюгов старинных.
— А я слышал, что из-за названия микрорайона так себя обозвали, - вмешался я, выуживая инфу из прошлой жизни.
— А ты откуда знаешь? — удивился хирург.
— Так я где работаю? — слукавил я. — С коллегами общался из Казани…
— Может, и от завода название пошло, только в бытность их расцвета я успел подлатать нескольких бандитов. Тоже без анестезии должной. В полевых, а вернее - в подпольных условиях.
— Ну вот, Павел Алексеевич, не впервой тебе, а здесь торгуешься…
— Потому что ты не бандит, Петров. Ведь так? А там у меня выбора особо не было.
Чиркнул по ампуле абразивом, и сунул внутрь нее иглу.
— Ты, Павел Алексеевич, новокаина не жалей, — я с тревогой смотрел на его манипуляции. — Вколи побольше, для надежности. И спасибо, что согласился. Про убрать тебя — то шутка была, не обижайся. Для мотивации, так сказать…
Глава 15
Я закусил марлевую турунду, как необъезженный конь удила, и зажмурился.