Одно из них было почти в точности как то, что он вчера уничтожил. Но были и другие. И белье. Стопочка нижнего белья уже лежала на полке чуть в стороне от ее собственного. Инга замерла на пороге, но потом пересилила себя, вошла в гардеробную.
- Простите, как вас зовут, - проговорила, потому что как-то надо было начать.
- Анастасия, - представилась прислуга.
- А меня Инга.
- Очень приятно.
И никакого выражения чувств, ничего оценочного. Оно и понятно, за это ей и платят. Инга отвернулась, а та проговорила так же нейтрально.
- Инга Владимировна, вас ждут в столовой, Вадим Сергеевич просил поторопиться.
Спокойный голос, ровные интонации, но Инга непроизвольно дернулась, как уснувшая лошадь, которой дали шпоры.
- Спасибо, что предупредили. Я сейчас буду.
Прислуга ушла, а у нее еще долго сердце колотилось в горле. Потом все-таки подавила внутреннюю дрожь. Потому что в груди как будто таймер включился. Он ведь просил поторопиться! Руки потянулись к той новой одежде, что появилась в шкафу, но Инга решительно отодвинула все в сторону.
Кого она хотела этим обмануть!? Чуть не расплакалась, но дальше тянуть время действительно было нельзя. Потому что внутренний таймер тикал все настойчивее. Инга быстро собрала волосы в пучок, мазнула теней в уголки глаз, блеск на губы. В этот раз, как ни спешила, она не забыла парфюм.
Оглядела себя напоследок и...
Как по минному полю направилась в столовую.
***
Мужчина уже сидел за столом, но, судя по всему, завтракать начал недавно.
- Доброе утро, - выдавила с трудом.
Мужчина молча кивнул в ответ и продолжил есть. А Инга села напротив. И убей Бог, не могла поднять на него глаза. Взяла приборы. Есть хотелось, организм требовал, но под его тяжелым взглядом приступить к еде было сложно. Все приходило на память то, о чем ей категорически не хотелось думать.
- Если тебе не нравится еда, скажи, подадут другое, - резковатый низкий голос.
Она аж дернулась. Почти один в один повторился вчерашний разговор за столом.
- Нет, спасибо. Спасибо, очень вкусно.
- Тебе надо хорошо поесть, - проговорил он. - Сегодня будет много работы.
Она почему-то вдруг почувствовала слабость и невольно выдохнула с облегчением. Потому что работа - это передышка. После его слов Инга смогла поесть, и даже с аппетитом. Однако завтрак все же закончился. Она сложила приборы на тарелке и замерла, по-прежнему не решаясь смотреть в его сторону.
Молчание. Хотелось исчезнуть отсюда.