И она замерла, как дрессированная собачонка!
Боже, она превратилась в какую-то его марионетку!
Хотелось сказать, что и без него как-нибудь может войти в свой дом. Но Кольцов сделал знак одному из своих телохранителей, мужчина вытащил ключи, отпер дверь и вошел первым.
- Теперь можешь войти.
У нее отвисла челюсть. Но Инга молча вошла, потому что устраивать обсуждение в подъезде и привлекать лишнее внимание соседей точно не стоило. Однако, когда они оказались внутри и дверь за ними закрылась, она сразу спросила:
- Что происходит?
- После вчерашнего установили видеонаблюдение, - не меняя выражения лица, ответил Кольцов.
И она так и замерла, ошарашенно глядя на него. А мужчина уже отвернулся и проговорил Кольцов, проходя в комнату:
- Проверь свои вещи, не пропало ли что-то важное.
Проверить...
Она конечно посмотрела, да, кое-что было перевернуто, видно, что рылись, искали что-то. Но бессистемно. И так навскидку сказать, пропало ли что-то важное, у Инги не получилось.
Безрезультатно.Кравцов был явно недоволен.
- Возьми, что считаешь нужным. Больше ты в ближайшее время сюда не вернешься, - сухо проговорил он приказным тоном.
- Почему? - чуть не взвилась Инга.
- Опасно. Тот, кто хотел взорвать тебя в машине, вряд ли успокоится, - снизошел до объяснений Кольцов. И тут же задал тот самый больной вопрос:- Думай аналитик, что ты знаешь такого?
- Я правда не представляю себе...
В горле все сжалось и пересохло. Инга спонтанным жестом провела по лбу, убирая прядку, выбившуюся из прически.
Он смерил ее странным взглядом и протянул гаджет:
- Просмотри.
И отошел, поворачиваясь спиной.
Ужасно было видеть в записи, как взорвалась ее машина. И заснятые в ее квартире следы обыска. Инга отказывалась анализировать чувства, которые у нее это вызвало. Неприятно было, что он читает ее как раскрытую книгу.
- Спасибо, - глухо проговорила она, возвращая гаджет Кольцову.
Тот только кивнул. Выражение лица не изменилось вовсе, а ей все равно показалось, что он обиделся.
Черт бы его побрал! Этот мужчина, купивший, даже нет, взявший за долги ее тело, каким-то образом умудрялся контролировал еще и душу.