Стоять впереди и ниже плюющегося огнём Максима, совсем не одно и то же, что позади него. Я приник к пушке и прицелился, словно из какого-то ружья переростка. Нет, не противотанкового. Мне доводилось из них стрелять, и там ощущения совершенно другие. Эти же ни с чем несравнимы, и чёрт возьми, где-то даже круче. Сдаётся мне, всё дело в калибре."
"Первый же снаряд я впечатал миноносцу под правую скулу на уровне ватерлинии. Никаких сомнений, что в носовой кубрик сейчас хлынула тугая струя холодной забортной воды. А если снаряд сумел пробить ещё и переборку, для чего есть все шансы, то проблемы могут быть и посерьёзней.
Х-ха! А я о чём! «Сиракумо» явно замедлился. А затем рядом с ним появился довольно высокий всплеск от падения увесистого снаряда. И только чуть позже до нас донёсся звук далёкого орудийного выстрела. Похоже в дело вступил «Боярин». И это хорошая новость.
Японцы попытались так же воспользоваться пулемётом, но к огню на подавление или всё же на ошеломление, прибавился мой точечный на выбивание.
Приказал поставить дымы, и послал в разлуку ещё один снаряд, всадив его в правый борт чуть ниже ватерлинии. Однозначно, ещё одна пробоина. Не смертельно, но неприятно. Полагаю, что неделька ремонта ему обеспечена.
Приближавшиеся с востока миноносцы поумерили свою прыть, и отвернули чуть в сторону, предоставляя возможность сказать своё веское слово старшему брату. Японский лёгкий крейсер стремительно шёл на сближение. Уже появились ещё пара дымов с разных направлений. Из прохода внутренней гавани Артура вытягивались сразу два крейсера, «Баян» и «Аскольд». Как бы не завертелся серьёзный бой, в ходе которого старуха всё же приберёт к рукам «Боярина».
Минута, и завязалась артиллерийская перестрелка. Постепенно количество кораблей дошло до четырёх крейсеров с каждой стороны, и я уже подумал, что сглазил-таки. Но контр-адмирал Молас приметив приближение очередного японского отряда, начал оттягиваться к Артуру, под прикрытие береговых батарей.
После того как нас опознали, адмирал приказал направляться на внутренний рейд, а по возвращении «Баяна», прибыть к нему на доклад.