У меня на глазах мой напарник, который тот ещё чёрствый сухарь, чуть не расплакался, услышав, что наследница Аруналай, наконец, дома.
— Как же много для вас значит потомок Сибиллы…
— Ну ещё бы! Она ведь всех нас спасла. Но сейчас не об этом. Скажи мне, как ты? Розмари говорила, что ты была в больнице. Всё хорошо?
— Да, да. Мне… – я запнулась, – … мне помогли справиться с болезнью. Вернее моё тело просто было в шоке от той силы, которая прошла через него во время боя.
— Ого, – фей задорно усмехнулся, – даже странно.
— Ну… вот так бывает, когда ты перед этим много лет живешь в немагическом мире, да ещё и питаешься там абы как.
Фоук по-доброму рассмеялся. Я же ощутила теплоту внутри. Камень с души упал. Я до последнего не верила, что фей жив, пока своими глазами не увидела его улыбку. И всё же… взгляд невольно пал на пустоту за плечом. На Фоуке сейчас была добротная одежда стражи, легкий магический доспех и… меч за спиной.
— Эй, ты чего? – окликнул Фоук, заметив, что я помрачнела.
— Как ты… без крыльев? – прямо спросила я.
Юноша сдержал вопрос с достоинством, хоть и вздохнул. Он всеми силами старался смириться с тем, чего уже не изменишь. Даже улыбнулся, хоть и с ноткой тяжелой печали.
— Летаю с помощью артефакта, – он достал небольшой амулет из-под рубахи.
— Ты не разозлился, когда узнал о союзе с отцом того гада, что пленил нас?
— Нет. Мы стараемся не судить родителей или детей по поступкам других. Да и я доверяю решениям Его Величества. И вообще унывать мне не приходится. Ты ведь здесь, значит, Его Величество сможет установить мир с Рэндолскими, а там уже можно будет попробовать найти мои крылья.
— О, Фоук…
Он говорил с такой надеждой в голосе, словно только она и давала ему силы двигаться дальше.
— Оль, ну ты чего? Выглядишь так, словно сейчас расплачешься, – фей ободряюще улыбнулся мне.
Я даже не знала, как сказать ему правду. Но одновременно понимала, что сделать это необходимо.