Шаннон выглядела так, словно была одной ногой в могиле, да и Джоуи не слишком отставал от сестры.
— У нее может быть внутреннее...
— Дай чертовы ключи, малыш! — заорал он, с трудом поднявшись с Шаннон на руках. Голос у него сорвался, лицо было избито до неузнаваемости. — Помоги мне.
Я не успела ответить, а он уже направлялся к двери. Я не успела крикнуть: «Сядь, пока ты не грохнулся в обморок!»
Паника стремительно нарастала, ужас обручем стянул сердце. Категорически не одобряя его затею, я тем не менее поспешила за Джоуи, потому что он нуждался во мне.
Два слова.
«Помоги мне».
До сих пор мне не доводилось слышать от него ничего подобного, и не факт, что доведется впредь, но помочь я была обязана.
Без вариантов.
Метнувшись к водительской дверце, я распахнула ее и отодвинула сиденье, чтобы Джоуи мог залезть в салон.
Однако он не шелохнулся.
— Я поведу.
— Нет, Джо. — Я покачала головой. — Даже не мечтай. Тебе нельзя...
— Я поведу, — прохрипел он. — Так быстрее, и вообще.
Джоуи осекся и судорожно втянул воздух.
— Пожалуйста, посиди с ней. Мне не... я должен... — Пошатываясь, он привалился к машине, сжимая в объятиях хрупкую фигурку сестры. — Моллой, мне очень страшно.
Мое сердце раскололось на части.
— Джо, малыш, не волнуйся. Садись за руль. — Устроившись на заднем сиденье, я вытянула руки, чтобы забрать у него Шаннон. — Я о ней позабочусь. Все будет хорошо. Обещаю.
72
ДЫШИ, МАЛЫШ, ДЫШИ
ДЖОУИ
— Джо? — Прикосновение ее рук к моему лицу. — Джоуи, малыш? — Ее запах витал повсюду, обволакивал.
Я не чувствовал собственного тела. Вообще ничего не чувствовал, кроме ее рук.
Знаю, что пробовал сесть. Брыкался, сбрасывал одеяла, однако голова не повиновалась. Мозги не варили.
Сломано было, на хрен, все.
— Моллой. — Язык не ворочался. Губы касались ее шеи. — Где она?
— С ней все хорошо. — Она крепче обняла меня, укутывая в теплый кокон. — С Шаннон все хорошо, Джо. Ей сделали операцию, все прошло отлично.
Подавшись вперед, я навалился на свою девушку, хотя знал, что ей вредно, но поделать с собой ничего не мог.
— Ребенок...
— С ребенком все замечательно. — Ее губы прильнули к моему лбу. — С нами обоими все в порядке.
В этот миг она единственная чудилась мне реальной. Она была рядом, осязаемая. Я мог прикасаться к ней, обонять ее, чувствовать.
Ее одну.
— Сколько времени?
— Около половины седьмого.