— Развернувшись боком, я прильнула к маме и зарыдала. — Забудь про романтику и прочую ерунду. Он — мой самый близкий друг на всем белом свете, поэтому мне так паршиво.
Всхлипнув, я вцепилась в мамин свитер и навалилась на нее всем телом.
— Ты не представляешь, как мне больно. Больно смотреть на его страдания и осознавать, насколько я никчемная.
— Ты не никчемная, милая, — возразила мама, заключая меня в объятия. — Ты — смысл его жизни. Спасательный жилет.
— Неправда.
— Нет, правда. Только благодаря тебе он держится на плаву все эти годы.
— Но этого мало! — с надрывом выкрикнула я. — Не могу больше смотреть, как он мучается. Я так боюсь за него. Ты не понимаешь. Этот страх парализует. Мне настолько страшно, что нечем дышать. Не сегодня завтра он пойдет ко дну, и у меня не получится его вытащить.
В кармане громко затрезвонил мобильник. С испуганным возгласом я отпрянула от мамы, достала телефон и поднесла к уху.
— Алло?
— Алло, могу я поговорить с Ифой?
— Слушаю.
— Ифа, здравствуйте. Меня зовут Штеффи Хаббард.
— С ним все в порядке? — выпалила я, чувствуя, что вот-вот упаду в обморок. — Что-нибудь случилось?
— С ним все хорошо, — торопливо заверила собеседница. — Был слегка не в себе во время визита родных, вот я и пригрозила позвонить вам. Ему выделили место в палате, но Джоуи настаивает на выписке.
— Они еще там? Его мать с братом?
— Нет, он занервничал, поэтому я попросила их уйти."
"— Слава богу. — Сердце мучительно екнуло. — Скажите ему, что я еду.
— Ифа, девочка, — всхлипнула мама, едва я завершила звонок. — Знаю, ты волнуешься за Джоуи, но я очень беспокоюсь за тебя. Может, немного отдохнешь, прежде чем ехать? Ради ребенка. А я сама навещу Джоуи.
— Нет. — Покачав головой, я встала, собралась с духом. — Еду обратно к нему.
— Ладно, но пусть хотя бы отец тебя подбросит, — капитулировала мама. — Ты не в состоянии садиться сейчас за руль.
— Что у тебя с балансом на телефоне? Хватит, чтобы позвонить мне, предупредить, когда за тобой ехать? — спросил папа, завернув на больничную парковку.
— Баланса хватит. — Я отстегнула ремень и потянулась к дверце. — А деньги мне не нужны. Кусок в горло не лезет.
— Ифа, погоди. Давай поговорим.
— О чем? — оцепенело бросила я.
— Ты в порядке?
— Нет, не в порядке, — выдавила я. — Какой порядок, если он... — Из груди вырвалось рыдание. — Пап, он же мог умереть.