Даррен!
Шейн.
Боль.
Боль.
Гребаная боль.
Подавив рвущийся из горла вопль, я схватился за голову в надежде, что комната перестанет вертеться, как карусель. Переносицу ломило так, что я едва не потерял сознание. Словно издалека, до меня доносилось, как Кавана рвет и мечет, разговаривая со мной как с куском дерьма. Впрочем, он был недалек от истины. Я — полное дерьмо.
«Он любит твою сестру, — сквозь туман и отходняк нашептывал рассудок. — Она больше не одинока».
Совершенно одуревший, я пытался соотнести его слова с недавними событиями, но башка совсем не варила.
Все, что осталось в голове, — это как Шаннон упала на пол в кухне, а изо рта у нее потекла кровь.
И моя беспомощность.
Полная никчемность.
Я ни черта не сделал, чтобы спасти сестру.
Подвел ее.
Снова.
В памяти неоновой вспышкой мелькнуло лицо Моллой. Угрызения совести и боль вытеснили все прочие чувства. Тьма, всегда ощущавшаяся внутри, меркла по сравнению с кромешной бездной ночи, в которой я очутился.
Пора положить этому конец.
Любой ценой.
Сил больше нет.
— Я могу помочь? — ворвался в мои суицидальные мысли голос Каваны. — Я могу что-то сделать для тебя?
— Да, можешь одолжить мне что-нибудь из одежды.
Пора срочно валить. Цепляясь за раковину, я заставил себя подняться.
Кавана молча скрылся за дверью, но вскоре вернулся и бросил на пол ворох одежды. С трудом превозмогая слабость, я натянул серые треники и белую футболку.
Я очень замерз.
Холод пробирал до костей.
Лязгая зубами, я шагнул из ванной в спальню размером с первый этаж моего дома.
— Спасибо за одежду, — собрав волю в кулак, внятно произнес я. — У тебя есть телефон, которым я мог бы попользоваться?
— Зачем? — насторожился Кавана.
— Затем, что мне нужно позвонить моей девушке."
"— Твоей девушке? — недоверчиво протянул Кавана.
— Да, моей девушке, — огрызнулся я, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться на чуваке, который привел меня в чувство.
— Тебе не нужно никуда уходить, чел, — сообщил Кавана, вкладывая мне в руку шикарный мобильник. — Ты можешь остаться. На столько, на сколько тебе нужно.
Нет, не могу.
Мне надо срочно убираться отсюда.
Отец по-прежнему на свободе.
А Моллой?
Господи, она же там с ума сходит.
— Давай же! — рычал я, не попадая пальцами по кнопкам.
Руки совсем не слушались.