Помню, когда родились вы с Кевом, я рыдала целых три месяца.
— Правда?
— Правда, милая. — Мама крепче обняла меня. — Я была сама не своя, а твой отец пахал круглыми сутками, чтобы обеспечить семью. Первое время я думала, что рехнусь. Но все наладится. Ты привыкнешь. Обещаю.
143
ПЛАНЫ ПОМЕНЯЛИСЬ
ДЖОУИ
— Гибс, опомнись, он же хёрлингист. — Кав словно прочел мои мысли, пока я сидел за их обеденным столом и слушал, как его помешанный лучший друг излагает свою последнюю безумную идею.
Как выяснилось, Гибси просто фонтанировал безумными идеями, и все они обрушивались на мою несчастную голову, поскольку наши расписания совпадали и первые шесть уроков мы проводили вместе.
Очевидно, Джонни был еще большим умником, чем Кев, и имел все шансы набрать шестьсот баллов на выпускных экзаменах в июне, а такое под силу только гениям.
Между тем я был обречен на заурядный средний результат, равно как и парень, которого никто бы не смог обвинить в заурядности.
— Не спорю, — согласился Гибси. — Но Линчи необходимо сменить обстановку, а нам необходим крыльевой. В Томмене нет команды по хёрлингу, зато есть команда по регби, где очень не хватает хороших игроков.
— Вы посмотрите на него, — вклинился Хьюи. — Он слишком...
— Слишком что? — ощетинился я, с вызовом глядя на него.
— Ничего, — буркнул тот, отворачиваясь. — Совсем ничего.
— Вот и прекрасно, — процедил я с угрозой в голосе.
— Он агрессивный, вспыльчивый, в общем, мягко говоря, безбашенный, — вставил Фили.
— С чего такие выводы? — огрызнулся я. — Ты ни хрена меня не знаешь.
— Вот, пожалуйста, тебе и пример, — спокойно парировал Фили. — Плюс он отличный спортсмен.
— Факт, — задумчиво протянул Кав, потирая подбородок."
"— Вы видели его на поле, — продолжал Гибси, обращаясь исключительно к товарищам по команде. — Метеор.
— Идеальный вариант, — улыбнулся Фили.
Гибси с широкой ухмылкой повернулся ко мне:
— Сечешь, к чему я клоню, Линчи?
— И что тут сечь, — скривился я.
— Ты сможешь бить людей, — перебил Гибси. — Регулярно, на законных основаниях и без ареста. Считай это физической формой терапии.
— Я исправился, — фыркнул я. — Кроме того, я теперь отец. У меня нет времени на спорт.
Все четверо расхохотались.
— Ну да, ну да.
— Что ржете! — возмутился я. — Так и есть.
— В отца поверю, — кивнул Кав.
— А насчет исправился — никогда, — осклабился Гибси.