Дорога была узкой и ухабистой, ветви деревьев так и норовили хлестнуть по лицу, и Джейми то и дело приходилось отводить их рукой. Ее спутник не сбавлял темпа и не смотрел на жену. Казалось, он совсем забыл о ней."
"Стараясь не выпасть из седла и не спуская глаз с дороги, Джейми мысленно обратилась к Всевышнему, пообещав ему не пропускать ни единой мессы, если он сжалится над ней и заставит мужа остановиться хоть на минутку.
Но Всевышний не услышал ее молитву, бешеная скачка продолжалась, и вскоре они догнали Фергюсена и Мери.
Причина такой езды была понятна Джейми. В здешних лесах водилось много разбойников, не раз нападавших на зазевавшихся всадников, и мужчины приняли все меры предосторожности, чтобы защитить своих женщин. Нельзя здесь было ехать и шагом, так как затаившиеся в кустах разбойники могли легко захватить их. Джейми все понимала, но усталость брала свое, и злость на Кинкейда вскипала все сильнее.
Так прошло два долгих часа. Наконец Мери не выдержала и взмолилась:
– Джейми, я не могу больше. Попроси их остановиться хоть на несколько минут.
– Нельзя, дорогая, – услышали они голос Даниела. – Потерпи еще немного.
Лицо Мери исказилось от боли, и Джейми поскакала к мужу, чтобы умолить его сделать привал. Она уже открыла было рот, но пронзительный крик сестры заставил ее оглянуться.
– Ты ушиблась, дорогая? – спросил Даниел.
– Немножко, милорд, – прошептала Мери.
В ее волосах застряли листья, и Даниел заботливо вытащил их. «Пожалуй, муж Мери не так уж и плох», – подумала Джейми.
– Какого дьявола вы остановились?! – раздался за спиной грубый голос мужа.
– Мери упала с лошади, – вздрогнув, ответила она.
– Что она сделала?
– Упала с лошади.
На лице Алека было написано полное недоумение. Казалось, он не верил своим ушам.
– Не забывай, что она англичанка, – вмешался Даниел.
– Какое это имеет значение? – поинтересовалась Джейми, не понимая, чему они так удивляются. – Она могла сломать себе шею!
– Но ведь не сломала, – ответил Алек.
– Чуть было не сломала, – настаивала Джейми. Равнодушие мужа приводило ее в ярость.