Это мое осознанное решение, я устал так жить — без жены, которая постоянно пропадает — все пятнадцать лет — в дурацком ресторане.
— А раньше меня нельзя было поставить в известность, что ты решил все продать? Что заключил сделку за моей спиной? Ко мне приходит странный человек, ставит перед фактом, а когда я прихожу домой, чтоб поговорить со все еще законным мужем, его просто нет дома.
Кричу так, что звенит хрусталь в старинном буфете нашей, нет, моей кухни. Наплевать на манеры, которым меня до самой смерти учила бабушка.
А он стоит загорелый такой, ему чисто наплевать. Он продал мой ресторан, укатил с моей же официанткой в Турцию. Пил там из ее пупка текилу, слизывая соль с груди, и это все видели в прямом эфире все подписчики этой профурсетки.
Как я это узнала? Увидела случайно, у ее же напарнице в телефоне.
— Ты должна сказать мне спасибо, я избавил тебя от кабалы, от твоего, как ты говоришь, великого дела всей жизни.
— Сука, паскуда ты, а не джентльмен.
— Ой, тебе не идет ругаться, ты же у нас аристократка хер пойми в каком колене, кто там у тебя — бароны в родственниках? Господи, если бы ты знала, как я устал столько лет слушать россказни твоей бабки.
Смотрю на мужа и не узнаю этого человека. А может, я реально была слепа, витала в облаках, порхала как глупый мотылек в ресторане, не замечая настоящую личину человека с которым прожила много лет?
Мне было восемнадцать, когда мы познакомились.
Профессора, доктора наук, кандидаты и прочее, прочее — пророчили любимой и единственной дочурке другую партию и другое будущее.
Но дочурка оказалась упряма и влюблена.
— Это квартира моих родителей, а помещение ресторана тоже было куплено ими.
— Ой, Женя, давай не будем такими мелочными. Мы были уже в браке, и значит, это все совместно нажитое имущество.
— Ты всегда мне изменял? Все двадцать лет?
Задержала дыхание, вглядываясь в лицо мужа. У нас всегда, как мне казалось, были хорошие отношения. Или мне все это казалось?
— Женя, не начинай, я пришел не ругаться, надо забрать кое-какие вещи, бумаги, мой ноутбук. Скоро зима, тут мой пуховик и сноуборд.
— Значит, изменял.