Сам зашел в комнату, взял белье, джинсы, футболку, оделся. Я, конечно, вчера вечером совсем расслабился, баня, водка, вырубился от усталости, сбросив напряжение, сам не помню как.
— Проверили?
— Нет, но теперь вы мне объясните, что здесь делаете?
— Вы так со всеми общаетесь? Вламываетесь в дома, задаете много вопросов, калечите людей, а потом врете.
— Это мой дом.
— А вы еще и наглая.
Глаза блестят, смотрит с вызовом, ну не похоже, что Макс решил подослать ко мне девочку скрасить вынужденный отдых. Подхожу ближе, присев на корточки, подкидываю поленьев в печку, а то так к утру можно выстудить весь дом.
— Водки хотите?
— Нет, спасибо, я не пью.
— Как хотите, но думаю, стоит выпить.
— Издеваетесь?
— Документы на дом в бардачке машины, я схожу, заодно принесу еще дров и надеюсь, вы не станете шарить по моим вещам или подсыпать в еду яд.
— Мне даже жалко вас, с какими женщинами приходится общаться.
— А вы забавная, Евгения, — чуть не засмеялся от ее шутки, про круг женщин, с которыми я общаюсь, она подметила верно.
Вернулся через несколько минут, на улице и правда мело как в середине зимы, забыл уже, что такая погода бывает, только с детства помню. Замело все крыльцо и тропинку к машине. Бросил дрова в угол, стряхнул снег с куртки, положил на стол файлик с бумагами.
— Изучайте.
Девушка осторожно достала бумаги, начала внимательно читать, на второй странице посмотрела на меня.
— Водки?
Не ответила. Но было видно, как побледнела, дотронулась до губ, снова посмотрела на меня.
"— Но этого не может быть. Это мои бумаги. Вот это свидетельство о собственности, в нем написано мое имя. А это договор купли-продажи, и это моя подпись, но я точно его не подписывала. Максим — это вы?
— Нет, это мой друг.
— А вас как зовут?
— Владимир.
— Но… как такое возможно?
Ресницы задрожали, по щеке покатилась слеза, в груди как-то странно кольнуло, самому захотелось выпить. Достав вторую стопку, разливаю, да, жалко девочку, но умнее надо быть.
— А вот теперь можно и водочки.
Вот даже жалко ее стало, такая хрупкая, нежная, смотрит глазами, в которых стоят слезы, и от этого они у нее еще ярче и притягательнее.
— Выпейте, поможет.
Сажусь за стол, заставляю взять стопку, доверху налитую крепким алкоголем, даме нужно, наверное, было предложить вина, но это не тот случай. Она смотрит на нее несколько секунд, а потом опрокидывает, выпивая все залпом.