"Магда Макушева
Огни Эйнара. Найденная
Пролог
— Мам, ты же говорила, что папа далеко и не знает обо мне — серьезные, темно-карие глаза сына пытливо изучали мое лицо.
— Папа был далеко — сказал мужчина рядом со мной — но папа искал тебя и маму много лет, Илай. И теперь папа вас никуда не отпустит — такие же темно-карие глаза прожгли меня, заставляя все внутренности сжаться и от холода, и от огня одновременно.
— Все сложно, мой адмирал, все очень сложно — я пригладила вихрастую макушку сына и уткнулась в нее носом, как делала всегда, когда моя броня «железной Кристы» начинала крошиться.
Сын всегда пах для меня домом, на какой бы планете мы не жили. Он был моим якорем, путеводной звездой, неожиданным подарком судьбы. Я знала, что среди бескрайнего космоса нас всегда двое. Только теперь это, казавшееся вечным уравнение, получило дополнительные составляющие.
Мужчина рядом со мной сжал мою холодную руку своей большой и теплой рукой. Из его глаз шел мягкий спокойный свет.
— Я вас искал — повторил он снова — и нашел.
Знала ли я тогда, что наше новое уравнение не останется таким надолго?
Знала ли я, что принимая спонтанные решения, слушая внутренние инстинкты и поступая всему наперекор, я все равно приду к определенной точке? Где прошлое найдет настоящее. Где будущее станет зыбким. Где чувства, что я глушила в себе много лет, вспыхнут как сверхновая и будут гореть, как глаза, которые сейчас на меня внимательно смотрят.
Глава 1: Жалоба
Планета Янт, восьмая колония Земли, станция межпланетарных перевозок
Кристина Давыдова (Ветрова)
— Ты хочешь официально заявить о неуставном поведения помощника капитана, Дмитрия Возняка, Кристина? — начальник станции межпланетарных перевозок седьмой колонии Земли, планеты Янт, внимательно заглядывал мне глаза.
— Я знаю, что я не первый стюард нашего парома, который получает от старшего лейтенанта Возняка двусмысленные намеки определенного характера и не только, полковник Неблин — я говорила спокойно, но внутри была уже словно на грани.
Последние месяцы моей службы старшим стюардом на межпланетарном пассажирском пароме Вердан-Янт прошли, словно в аду. Я работала здесь уже четыре года, не самые лучшие годы моей жизни, конечно, но вполне спокойные и ровные.
В начале моего пути к данному моменту, казалось, жизнь была закончена. Мои планы рухнули все разом, придавленные плитой отчаянья. Учеба была прервана, брак разрушен, здоровье подорвано. Я не хотела жить. Совсем.