Мы на цыпочках покинули комнату, прикрыли за собой дверь и с облегчением вздохнули.
– Ты в самом деле ее видела? – прошептала Женька, недоверчиво глядя мне в глаза.
– Кого? – вздохнула я.
– Не валяй дурака, убитую мамашу, естественно.
– Вовсе не факт, что ее застрелили, она вполне могла покончить жизнь самоубийством. А местные жители, не жаловавшие ее мужа, додумали остальное. Лев Николаевич говорит, родитель в ту ночь отсутствовал.
– Ага, ты еще скажи, что это ее заблудшая душа бродит и стонет в этом дурацком доме.
– Душа не душа, но я видела женщину. Блондинку, и теперь, когда я успокоилась, мне кажется… Нет, я уверена, она очень похожа на ту, что на портрете.
– Анфиса, у тебя жар, – нахмурилась Женька и тут же зло добавила: – Что за чушь ты несешь? Кто ж сейчас верит в привидения, это даже неприлично.
– Я верю своим глазам, – отрезала я, а подружка еще больше заволновалась:
– Ты же сама говоришь, что была очень напугана. А в таком состоянии…
– Помолчи немного, – перебила я Женьку.
– Кто хотела? Привидение? – совершенно обалдела Женька.
"– Идем вниз, – схватив ее за руку, пробормотала я, и мы бросились к лестнице.
– Что ты задумала? – испугалась Женька, но я ничего не стала объяснять. – Послушай, Анфиса, давай рассуждать здраво, сегодня все немного понервничали…
– Не будь дурой, – рявкнула я. – Ее видел Лев Николаевич, видела я и видел Саша, он даже дважды выстрелил. Кто-то ходит по дому. Вопрос – кто?
Женька в полнейшем замешательстве кивнула, а мы между тем достигли коридора, в окне которого не так давно я видела женщину.
– Вот это окно, – указала я.
– Никаких следов, – поморщился он. – А должны бы быть.