А я принялась мучиться сомнениями: дядька, устроившийся за ящиком, на бомжа никак не походил, одет был в костюм и даже галстук нацепил, хотя, конечно, напиться и в костюме можно. Но за ящиком-то он как оказался? Прятался, что ли? Боялся, что его в вытрезвитель заберут?
Неизвестно, как далеко завели бы меня эти мысли, но тут парень спросил:
– Вам куда, девчонки?
И Женька ответила:
– На Васильевский остров.
– Отлично, нам по пути, – развеселился парень, а я пришла в себя, ткнула Женьку в бок, а потом зашептала:
– Зачем нам на Васильевский? Мы же на вокзал…
– Не дергайся и послушай меня, – жарко задышала Женька мне в ухо: – Менты тачку с барахлишком ни в жизнь не найдут, а Сашка нам умную мысль подал.
Соображала я не слишком хорошо, но все-таки основную мысль уловила.
– Думаешь, он способен отыскать мою машину?
– Ну, сам-то он вряд ли по дворам рыскать будет, но у дяди его масштаба обычно такие связи…
Желание вернуть свою собственность сыграло со мной злую шутку, я в очередной раз поддалась Женькиным уговорам, и из этого получилось такое… Впрочем, не буду забегать вперед…
В тот момент я зябко ежилась на заднем сиденье «копейки», тосковала о родном железе и втайне лелеяла надежду его вернуть, искренне веря, что все самое скверное со мной уже случилось, даже не подозревая, что очень скоро питерские приключения покажутся мне сущей ерундой.
Мы миновали мост, проехали метров сто, и тут нам пришлось притормозить: впереди стояла милицейская машина, рядом с ней сотрудник ГИБДД под моросящим дождем выполнял свой долг, как он его себе представлял.
– Чего это у тебя доверенность какая?
– Какая? Нормальная доверенность, от руки написана.
– Не по форме.
– Да ладно придираться, документы в порядке. Я тороплюсь, девчонок отвезти надо…
– Вот чертовы вымогатели, – прошипела Женька, зло глядя на инспектора.
И тут меня точно черт толкнул под локоть, я выпорхнула из машины и начала приставать к инспектору:
– Вы «Фольксваген» ищете, красный? Его сегодня угнали от Русского музея.
– Мы все ищем, и «Фольксваген», и джип, и еще три десятка тачек. За своим добром смотреть надо, а не оставлять где ни попадя. – Он вернул парню бумаги и отвернулся.
Женька, видя такую наглость, не замедлила присоединиться ко мне и высказала наболевшее.