― Вот так сюрприз!
— Александр Андреевич, я предупреждала, но… — залепетала в дверях секретарша.
Зверев выставил ладонь и одобрительно кивнул.
— Все в порядке. Ему можно и без предупреждения.
Как только дверь в кабинет закрылась, я направился к нему.
Зверев встал с кожаного кресла, поправил галстук и растянул на лице приветственную улыбку.
— Ну, наконец-то, приехал! — воскликнул он и раскинул руки в стороны.
Да вот только я не обниматься к нему приехал, а морду начистить.
Что и сделал, стоило только приблизиться.
С размаху двинул по холеной роже, и тот даже не успел опомниться, как я уже схватил его за горло и, усадив на его директорское кресло, прошипел в лицо:
— Ну что, тварь, давай, выкладывай, как разводил меня с женой, как хотел обуть на квартиру.
― Ты чего, Тем? ― округлил он глаза, прижал пальцы к окровавленному носу. — Какой развод? О чем ты, дружище?
Я кивнул на Машу, которая беззвучно пятилась к двери.
― Ты ж эту курицу неспроста тогда к себе притащил, так? Хотел свести меня с ней, а сам занять место рядом с Алисой?
— Что за чушь? — нервно посмеялся Зверев и, вжав подбородок, взглянул на окровавленную белую рубашку.
Я заметил, как Маша потянулась к дверной ручке.
— Стой! — крикнул я и кивнул на стул. — Села! Быстро!
Маша стремительно подбежала к стулу и покорно прижала к нему свою задницу.
Я поднял Зверева за воротник рубашки, рывком усадил на стул напротив нее и усердно вжал ладони в его плечи.
— Значит, колечки и шубки, я тебе дарил, да? — прищурился я, глядя на побелевшую Машу.
— Не понимаю, о чем ты? — промурлыкала она, невинно хлопая глазками.
— А я о том спектакле, который ты устроила в раздевалке, зная, что там сидит моя жена!
Она потупила взгляд, исподлобья посмотрела на Зверева. Его лица я не видел, но точно заметил, как он помотал головой.
С трудом подавив порыв перевернуть стол, отошел от него и, меряя шагами кабинет, загибал пальцы, раскладывая по полочкам все, что знал со слов Юли.
И про звонки моей бывшей жене, и про фальшивую беременность.
Маша сидела красная, как блузка, глаза в стол. Зверев молча слушал, иногда приподнимал бровь, качал головой — явно поражаясь моей осведомленности. Утирал рукавом пиджака распухший нос, а как только я закончил, выдал:
— Алиса от тебя так и так бы ушла, как видишь. — Он откинулся на спинку стула и поднял на меня взгляд. — Я до-о-лго не вмешивался в вашу семью.