– Вы будете работать в паре...
Карданову это не понравилось. Генка не вызывал каких-либо конкретных претензий, но что-то в нем настораживало. То ли бессмысленный взгляд, то ли стремление винить во всех своих бедах и неудачах окружающих, то ли вспышки немотивированной агрессивности.
– В оперативных целях вам необходимо внешнее сходство. Когда пары подбирались, то учитывалась конституция, рост, тип лица. Для окончательной доводки товарищу Прудкову придется подвергнуться несложной пластической операции для изменения внешности.
– Почему мне операцию? – запальчиво спросил Генка, хотя всегда был исключительно почтителен с начальством и никогда ему не возражал. – Тогда давайте жребий бросим!
– Отвечаю, – доброжелательно произнес генерал. – Жребием такие дела не решаются. Один из вас должен быть первым номером, а второй его прикрывать. Первому номеру необходима совершенно естественная внешность, поэтому изменению подвергается номер второй. В вашей паре учебные, боевые и психофизиологические показатели выше у Карданова, поэтому роль первого номера отведена ему.
– Ответили... – после некоторой заминки нехотя произнес Прудков.
– В таком случае можете быть свободны. Желаем успехов в дальнейшей учебе и последующей работе.
Когда они вышли, Генка повернул к Карданову возбужденное, исполненное обиды лицо."
"– Видишь, как получается! Я из-за тебя должен рожу резать! А ты в стороне! Подумаешь, показатели у него выше! Ну и что, что показатели?
Так мне из-за этого под нож ложиться?!
Чего-то подобного и следовало ожидать.
– При чем здесь я? Не хочешь – возьми и откажись.
– Да, откажись! Умный какой! Я откажусь, меня выгонят, а ты поедешь резидентом в Вену! Молодец, хорошо придумал!
В этом был весь Генка Прудков, отныне его напарник.
Место, координаты которого неизвестны, 28 апреля 1987 года, Особый учебный центр КГБ СССР.
– Борсхана, независимое развивающееся государство социалистической ориентации на юге Африки, расположена между ЮАР и Намибией, площадь пятьсот шестьдесят тысяч квадратных километров, население шесть с половиной миллионов человек...
– Шесть миллионов пятьсот шестьдесят тысяч, – брюзгливо поправил Крымский. – Или для вас шестьдесят тысяч человек значения не имеют?
– Имеют, товарищ полковник! – покаялся Макс и получил знак продолжать ответ.