Когда меня подвели к зеркалу, я не узнала себя. На меня смотрела изысканная красавица с невероятными глазами. Они, словно лучились от счастья, затмевая все бриллианты и украшения.
— Вот что делают с женщиной счастливые глаза! Когда глаза у женщины грустные, то ни одно платье, даже самое роскошное, не способно скрасить впечатление! — заметила солидная женщина, подойдя сзади. — А у вас сияющие от счастья глаза. Они способны украсить любое платье. Даже самое простое.
Я обернулась, видя, как и ее глаза лучатся счастьем от хорошо проделанной работы.
Мне казалось, что это — чудесный сон. Я сплю в придорожной гостинице, свернувшись калачиком и вижу чудесные сны о том, как все могло бы быть…
Я даже украдкой ущипнула себя, пока девушки осторожно наносили на платье сладкий парфюм.
— Божественно! — всплеснула руками дама. — А вот визиточка нашего ателье. Приезжайте, будем вас ждать!
“Мадам Марон”, - прочитала я, пообещав, что обязательно заеду.
Она положила ее на столик. Дверь в этот момент открылась, а мадам Марон встала грудью.
— Нельзя, чтобы жених видел невесту до свадьбы в свадебном платье! Это — плохая примета! Так что либо закройте глаза и излагайте, либо выйдете и говорите через дверь, уважаемый герцог! — строго произнесла мадам Марон.
— А мы уже поженились. Тайно, — с усмешкой заметил Розен.
Брови мадам Марон взлетели вверх. Она тут же поменялась в лице.
— А! Ну раз так! — заметила мадам Марон, сменив гнев на милость.
Девушки запорхали по комнате, подгоняемые мадам Марон: “Ничего не забываем! Ни иголки, ни нитки, ни пилочки, ни зелья!”.
Сундучки со всем необходимым защелкивались, а стайка девушек старательно собирала все в небольшие чемоданчики. Чемоданчики защелкнулись, а мадам Марон с улыбкой прощалась.
Мы остались в комнате одни.
Сказать по совести, я немного нервничала, видя, как муж смотрит на меня.
— Тебе нравится? — спросила я, считая, что теперь буду обращаться к нему на “ты”. Муж, как никак!
В этот момент сердце замерло, тревожно сжимаясь. Я чувствовала себя странно, видя, как Розен обходит меня со всех сторон. И, главное, молчит!"
"— Не могу сказать “да”, - внезапно произнес он, а у меня внутри сердце подпрыгнуло. Я даже с тревогой посмотрела на свое отражение.