Намекнула бы на близкие отношения и то, что он с ней делится всем, а меня такую инвалидку скоро отправит в папин дом. А не вот это вот все. Она ведь мне типа выбор дала. Дура какая-то. Хамло. Вообще непонятная девка. А может просто забыть все и не ковырять мозг Бестужеву этим разговором? Ведь любит он меня. Сам же сказал. Никто его за язык не тянул. И мне это точно не послышалось. Любит… Любит… Любит… а я его носом тычу в браслет. Кстати, о браслете. Откуда он вообще знает, что это подарок от Сережи на мое восемнадцатилетие? Я ему об этом точно не говорила.
- Планы немного меняются. Мы сегодня едем домой, - врезается в мое сознание голос Бестужева.
- Что-то случилось?
- Нет. Просто моя бабушка приехала. Как-то нехорошо будет ночевать здесь. Посидим еще полчаса максимум. К тому же, представление уже закончилось.
- Ага, - бурчу себе под нос, мысленно холодея от новости о бабушке.
Перед глазами встает моя бабушка. Такая же выдра. А учитывая, что Бестужев тот еще задира – там не может быть нормальной бабули.
- А сколько она здесь пробудет?
- Думаю, что до моего дня рождения.
- Пиз…, - замолкаю, как только осознаю, что хотела сказать вслух.
- Пизолитус? - повторяет за мной Глеб, приподнимая брови.
- Да. Это грибы такие из рода… гастробайтеров, семейства дождевиковых. Вот захотелось что-то покушать грибочков.
- Во-первых, род гастеромицетов, во-вторых, семейство Ложнодождевиковых. В-третьих, они несъедобны. В-четвертых, когда ты успела пообщаться с Анжелой?
- С чего ты взял?
- Наверное, с того, что такую замену мата я слышал только от нее.